Книга Романтика дорог, страница 41 – Елена Крыжановская

— Поэтому решил добровольно уйти из селения?

— Нет. Я боюсь, что скоро умру, не выдержу этого. Зачем маме терять ещё одного сына, она только привыкла ко мне… Конечно, больше всего я хочу вернуть его обратно. Но тогда мне всё равно придется уйти. Пашка расскажет, что случилось на самом деле, и мама возненавидит меня.

— История, — в раздумье протянул Дик. — Если твой Пашка жив, найти его не так трудно. Но дальше…

— Я больше так не могу, — признался Новин. — Пусть он только вернется, а там будь что будет.

Дик подал ему руку, помогая встать, и они отправились на поиски ближайшего перехода.

В то утро, до встречи с Диком, Новин решил спуститься в колодец и сам идти на поиски. Но странник может перенестись куда угодно через любой переход, начинать путь из колодца необязательно. Дик провел своего спутника прямо сквозь водопад.

— Вот куда его занесло! — ахнул Новин, когда они вышли на берегу теплого моря, где вокруг росли пальмы, а под ними рассыпались ломанным рядом хижины, крытые листьями. Здесь синел вечер. Красное огромное солнце купалось в море. На его фоне далеко от берега чернели узкие лодочки.

— Пашка живет здесь?

— Не знаю. Это ближайший к нему переход. Думаю, он в одной из этих лодок. Во всяком случае, найти его здесь будет легче, чем я думал.

— Почему? — с надеждой спросил Новин.

— Кажется, это остров. Куда отсюда деться? — улыбнулся Дик.

К берегу причалила маленькая флотилия. Стройные черноволосые люди с темно-золотой кожей выскочили на берег и стали вытаскивать лодки. От хижин поселка к ним бежали женщины и дети. Гости острова, стоящие далеко на берегу, тоже направились в поселок, встречать рыбаков.

По тому, как Новин дернулся и сделал непроизвольное движение, чтобы спрятаться за своего спутника, Дик понял, что самозванец видит перед собой настоящего сына вдовы Илиной. До сих пор Новин не упоминал о возрасте, и Дик думал, что они с Пашкой ровесники. Но высокому парню, единственному уроженцу континента среди островитян, на вид дашь все шестнадцать. Он вытаскивал из лодки сеть с роскошным тропическим уловом и тянул за троих. Но, увидев рядом гостей острова и узнав одного из них, выронил край сети. Морские звезды и камбалы посыпались в воду. Крупный осьминог стал осторожно выпутываться из прочных пальмовых волокон, собираясь сбежать. Другие рыбаки подняли шум и подхватили Пашкину сеть. Он ничего не слышал, а возможно сразу перестал понимать отсровитянский диалект.

— Новин? Как ты сюда добрался? Через колодец? — посыпались вопросы. — А ты кто? — Он заметил Дика.

Вокруг гостей образовалось кольцо из жителей селения. Молодые девицы, закутанные в пестрые легкие ткани, увешанные бусами, с цветами в черных блестящих волосах хихикали, показывая пальцами на гостей, и что-то говорили совсем непонятно.

Дик первым делом спросил название этого острова и приветствовал жителей на их родном языке. Заверил, что они мирные гости, не враги, и не желают никому ничего плохого.

Островитянский диалект — обычный древний язык, вымерший по всему континенту после Первого Противостояния, на островах остался, только трансформировался. Из него напрочь пропали шипящие, рычащие звуки и твердые окончания, и теперь слова звучали так, будто их произносил маленький ребенок.