Книга Альтернатива, страница 209 – Александр Журавский

За Ратниковым, летевшим на скорости под сто тридцать километров в час, мчался не только рой дронов, но и мотокоптеры с полицейскими и даже два откуда-то появившихся вертолета, которые совершали опасные маневры, чтобы прижать нашего героя к земле, где его уже ожидали воющие и подвывающие машины полиции. Однако Кирилл ловко уходил от столкновений – пригодился опыт экстремального вождения мотоцикла и управления дронами.

Гоночный азарт и прилив адреналина не помешали Ратникову оценить силу русской инженерной школы. Вражеские дроны при приближении к мотокоптеру падали, как механические машины-стражи в легендарной «Матрице» при включенной магнитной пушке. Круть! «Дроновал» завалил пару сотен дронов. В результате подобного искусственного отбора бóльшую часть пути оставшимся британским дронам пришлось держаться на дистанции. Внешние попытки магнитного воздействия на мотокоптер, в свою очередь, успешно отбивало другое чудо отечественного военпрома – «ДеБилл».

В эти минуты Кирилл на себе испытал прогностическую и функциональную мощь Альты, так точно предугадывавшей последовательность событий и влиявшей на них, что можно было уверовать в нее, как в Пифию из упомянутой уже «Матрицы». А еще он прочувствовал человекоориентированность отечественной системы искусственного интеллекта. В чрезвычайных ситуациях включался автопилот, осуществлявший рискованный маневр, уход от столкновений или выстрела, а затем он отключался, и Ратников вел мотокоптер сам. Неудивительно, что вместе с очередной волной адреналина накатывали и шальные мысли. Ратникова озарило: возможно, Альта не желала травмировать человека, чтобы у него не возникало чувство, будто от него ничего не зависит, будто бы не человеку, а исключительно силе искусственного разума принадлежит успех в состязательном противостоянии с врагом. Кирилл ощутил неведомое ему ранее чувство гармоничного сосуществования воли человека и воли машины, некое боевое братство. А может, виной этих странных мыслей и ощущений был избыток кортизола в крови нашего героя.

Внизу уже отчетливо проявились главные ориентиры – Трафальгарская площадь и церковь Святого Мартина в Полях, среди прихожан которой значатся королевская семья и иные обитатели Букингемского дворца. В сознании Ратникова сама собой всплыла избыточная в этот отчаянный момент информация, что храм этот послужил прототипом Петропавловского собора в Санкт-Петербурге.

А между тем терять концентрацию было небезопасно. Враг избрал новую тактику. Рой дронов встречал по ожидаемому маршруту русского агента (у них ведь на службе тоже был искусственный разум) и вел себя как отряд камикадзе, норовя сбить, упасть сверху или как-то иначе повредить мотокоптер. В момент ручного управления одному из дронов все же удалось повредить мотокоптер. Двигатель задымил, один из винтов оказался перебит, цифровая система накрылась, автопилот отключился. Оставалось только ручное управление. Благо цель была уже близка. Разворот над Большим Скотленд-Ярдом, резкое снижение, уход от очередной пулеметной очереди и лазерного пучка, потеря еще одного винта, а с ним и управляемости мотокоптера, сброс высоты и падение в Темзу около Хангерфордского железнодорожного моста.

Британские дроны и вертолеты зависли над местом, где в мутной воде плавали и тонули остатки развалившегося от удара о водную поверхность гибридного средства передвижения русского агента. Автоматные и пулеметные очереди прошивали зеленую тьму Темзы.