Книга XCOM: Солдатами не рождаются, страница 58 – Hydra Dominatus

Целью были не те, кто везёт товар или кто следит за безопасностью. Такие приходят и уходят. Целью были те, кто назначал встречи, кто координировал обмены, выбирал тихие лесные дороги в странах, где ещё можно было затеряться. Люди, для которых инопланетная угроза стала ещё одним грязным бизнесом.

В кратком досье, что он читал на планшете перед вылетом, не было ничего лишнего: гражданин такой‑то, серия поездок туда‑то, подтверждённые контакты с группировками, две нераскрытые резни на Балканах, парочка «случайно» пропавших грузов. Глухарь запомнил всё и лица, и имена, но он забудет их сразу, как только задача будет выполнена.

Научился это делать это по своему желанию.

В объективе прицела снег на тропе казался чуть светлее, чем на склоне. На границе видимости мелькнуло первое тёмное пятно — не человек, тень ветки. Глухарь не дёрнулся, только чуть сместил крест прицела, сводя его к точке, где тропа выходила из‑под полога леса на более открытое место.

— "Ключ", "Глухарь". Контрольный сектор на вход. Готов к первому контакту, — коротко передал Глухарь.

— "Ключ" принял. Огонь только по меткам или по подтверждённым вооружённым целям, — отозвался «Ключ». — Гражданских не трогаем. Нам они нужны живыми.

Гражданские. Слово проскользнуло мимо сознания так же, как ветер скользил между деревьев. Если кто‑то выйдет без оружия, без бронежилета, без характерной пластики человека, который привык к тяжести ствола — он просто не станет для Глухаря целью. Его задачи были сегодня куда проще. Однако само понятие "гражданские" в данном случае выглядело несколько лицемерно. Случайных людей здесь не было, даже если они не вооружены.

Впрочем, была задача и всё. Никаких личных чувств. Ничего лишнего.

Глухарь на секунду прикрыл левый глаз, не отрывая правый от прицела, и мысленно ещё раз прошёл по вариантам. Если пойдут цепью — первыми падают крайние, чтобы разорвать строй. Если колонной — первый и последний, чтобы запереть середину. Если растянутся, играя в осторожность, — будет время разобрать каждого.

С такой винтовкой можно даже не в водителя стрелять, а сразу в двигатель, одного хватит, чтобы транспорт вышел из строя. В любом случае всё будет делаться по приказу.

Мотор он услышал раньше, чем увидел.

Не сам звук — такой глухой, задушенный снегом и расстоянием — а именно смену фона. Лес зимой дышит ровно: редкий ветер, потрескивание коры, иногда — далёкий хруст настила, который может оказаться пробежавшей лисой или упавшей веткой. Сейчас в этом ровном дыхании появилась чужая, низкая вибрация, еле ощутимая, но выбивающаяся из общего ритма.

В объективе прицела тропа внизу оставалась той же — узкая полоса утоптанного, серого от земли и хвои снега, чуть светлее остального склона. На границе видимости снова мелькнула тёмная клякса — на этот раз уже не ветка. Линия кустов дрогнула, и между стволами медленно выкатился тупой силуэт машины.

Глухарь плавно убрал кратность, чтобы не «залипнуть» на деталях. Сначала — общая картинка. Всегда. Машина шла без фар, медленно, как по знакомой дороге. Снег на колёсах набит не свежий — до трассы отсюда прилично, и мели они уже не один километр. Крыша чистая: либо ехали под ветром, либо кто‑то смахнул перед выездом. Мелочи, но мозг всё равно цеплял каждую деталь.