Книга Бывший муж и его новая семья, страница 16 – Ева Стоун

На слове «измена» у него искажается лицо. В буквальном смысле слова. Черты преображаются, становясь совершенно чужими.

Допускаю, что он не согласен с моим утверждением… но какая разница, согласен он или нет, если я ухожу? Решение принято, да и после драки кулаками не машут.

— У меня нет к ней чувств, — усмехается он и делает это так уверенно, что я почти верю. — Давно нет. Мы развелись, как только любовь прошла. И это было очень давно.

— Руслан, — мой голос наливается силой. — Я не дура.

— Я не говорил, что ты дура.

— Напрямую — нет, не говорил. А между строк ты только это и делаешь, когда пытаешься скормить мне свою ложь.

— Я тебе не лгу.

— Если у тебя нет чувств к Фаине, как ты говоришь, то почему вы целовались? Почему, Руслан? Или к тебе любая женщина на улице может подойти и сделать то же самое? Я правда не понимаю. Потому что, знаешь ли, не оказывалось таких ситуаций, когда на моих губах оказывались губы другого мужчины!

Как только эта пламенная речь срывается с моих губ, я понимаю, что сделала огромную ошибку, дав чувствам выход. Надо было молча и любыми путями избежать разговора о нас.

— И это хорошо, Маша. Иначе я бы уже сидел в тюрьме, — мрачно отзывается он. — Мужчина, который тебе подойдёт, — труп. А насчёт Фаины… это она меня целовала, не я её. Надеюсь, ты понимаешь разницу?

Не знаю, что тогда до меня хочет этими словами донести Руслан.

Да и не хочу понимать.

Всё внутри меня забурлило, как только я услышала имя бывшей жены из его уст. А его оправдание — кто кого целовал… яйца выеденного не стоит! Я не дура, хотя кажется, что муж меня как раз таки считает недалёкой.

Какая разница, кто проявил инициативу, если второй человек всё равно взял и ответил?

Но ничего такого я вслух не произношу и, протиснувшись мимо своего будущего бывшего мужа, покидаю квартиру вместе со своими двумя чемоданами.

Оказалось, при желании в них вполне можно поместить едва ли не всю свою жизнь.

У меня вот двадцать восемь лет поместились, и я пока не знаю, что по этому поводу чувствую. По ощущениям — это опустошение и горечь, потому что не так я планировала войти в Новый год. Совершенно не так. У себя в уме я представляла тест с двумя полосками и гнездование... в той самой квартире, куда Руслан привёл бывшую жену.

Гад!

Не успеваю я подойти к лифту, как Бородин догоняет меня.

— Маш, — по одному его голосу я слышу, что он не хочет меня отпускать.

Так и хочется развернуться и прямо в глаза его спросить, как так вышло, что он, взрослый человек, не может разобраться, какая женщина ему нужна?

Или, как классический эгоист, он, не смущаясь, имеет дома одну женщину, а вне дома — другую?

Тогда мне точно нечего делать в этой связке. Как унизительно...

— Руслан, пожалуйста, не надо. Не трать слов. Лучшее, что ты можешь сделать, это дать мне уйти, — я звучу твёрдо.

Он от моих слов хмурится.

— Куда? — хрустнув зубами, спрашивает он. — К маме? Когда у тебя есть свой дом.

— Нет у меня дома, Бородин! — бросив на него отчуждённый взгляд, я захожу в лифт.

Он следом. Двери закрываются, и кабинка уезжает вниз.

— Нет дома? Как же наша квартира? И вообще, Маш, мы же скоро должны были переехать, и та новая, большая, просторная и светлая квартира тебе очень нравится, я же знаю, — он смотрит мне в глаза, как будто хочет отыскать там сомнение, за которое сможет зацепиться.