Книга Поцелуй на три счета, страница 64 – Женя Май

В груди снова колет.

Рига достаёт телефон, смотрит на диалог со Светой. От неё смайлик с сердечком. Он пишет: «Рыжий себя звездой возомнил». Стирает. Это лишнее.

Но и видеть её тоже сил нет. Он для неё первый. А сам только что облажался.

Рига отправляет: «Свет, тренер задерживает. Будем разбирать матч. Похоже допоздна. Ты иди, ладно».

Убирает телефон, зашнуровывает кроссовки, выходит в коридор. Пережидает, стоя у серой стены. Плечу холодно, но он упорно не двигается. Когда последний звук голоса теряется за дверью, он шагает на улицу.

Темнеет. Майское небо закрыто облаками. У него внутри так же серо.

«Что теперь?» - думает он.

Домой не хочется.

И вдруг ощущает руку на плече.

— Думал, улизнуть? – улыбается брат.

Риге хочется уткнуться в его плечо. Как в детстве. А тот бы его смешил и не давал плакать. Но Рига уже взрослый. Из-за такого не плачут. Мужики вообще не ревут.

— Риг, ну ты дал жару на поле, - прижимает его крепче Дэн. – Столько энергии в тебе.

— И не туда, - бурчит Рига и, не удержавшись, шмыгает носом.

Они шагают по пыльному асфальту. Хоть бы дождь прошёлся и смыл всё на свете. Вдруг бы и внутри Риги всё очистилось.

— Просто тебе нужно расслабиться, - произносит Дэн. Его слова вгрызаются в Ригу как клыки хищника. В самое сердце. – Получать кайф, понимаешь? – смотрит он на брата.

— Может хватит уже, а? – останавливается Рига. – Строишь из себя тут, - он смахивает руку брата.

— Я помочь хочу!

— Себе помоги. Очки надел и думаешь профессором стал? А сам не видишь ни хрена.

— У меня зрение упало, - бормочет Дэн.

— Ага, - с недоверием хмыкает Рига и идёт в другую сторону.

— И что я должен увидеть? – кричит ему вдогонку брат.

Рига даже не оборачивается. Ему кажется, он в темноте. Один. И света нет совсем.

СВЕТА

Света сидит на кровати, поджав ноги, и смотрит в стену перед собой. Телефон лежит рядом, молчит. Она уже проверила - уведомлений нет. Рига не пишет. Не звонит. Не зовёт на игру.

После матча с «Гранитом», он прислал сообщение: «Задержал тренер». А она видела «Тигров». Пока Алина брала шаурму, Света насчитала четырёх из команды. Хомяка. Димона. Капитана. Рыжего. Последний такой злой, красный. Понятное дело, они проиграли. Да и на поле творилось странное. У них с Ригой. Света сразу заметила. Да слепой бы почувствовал напряжение.

Алине говорить не стала, просто поторопила её. Света боялась. Вдруг он выйдет? Это означало бы… Нет, вряд ли. Рига не будет врать. Да и зачем? Значит тренер задержал его одного. И он не хотел, чтобы Света знала.

На следующую игру она не пошла. Не потому, что не хотела. Потому что не позвали. Алина из-за Буйкова. Он её игнорирует, наверное, ждёт, когда встанет на ноги. И ей пофиг теперь на футбол, но не на самого Буйкова. За их спором наблюдает весь город. Такая драма разворачивается. Даже под его окнами дежурят. Алина сама их видела, когда в очередной раз пыталась прорваться к нему домой. Но его мать как забор под напряжением – вроде бы не высокий, но вдруг дёрнет током?

А Рига… просто не предложил. А самой напрашиваться как-то неловко. Вдруг он не хочет? Вдруг она надоела? Вдруг тот поцелуй на вышке был случайностью? Всего-то игрой?

Света понимает, что прокручивает одно и то же в сотый раз. Только ответа всё нет.