Книга Стану твоей первой болью, страница 10 – Маша Демина

Точнее, знаю, но почему-то не хочу сразу отказываться. Извращенное любопытство во мне опять поднимает голову, но в душе я понимаю, что потом меня могут ждать проблемы.

— Я не думаю, что это хорошая идея.

Аня строит жалостливую мордашку, и моя решимость отказаться дает первую трещину.

— Просто не думаю, что моему брату понравится, если он узнает, где я.

— Так он не узнает! — она оживляется. — Напиши ему, что мы пошли в библиотеку, там разговоры по телефону запрещены, а по сообщению он наверняка поверит в ту версию, которую ты ему скормишь. Скоро сессия, напиши, что мы занимаемся. И все! — она потирает ладони. — А через пару часов я довезу тебя прямо до дома.

Внутри все трепещет, захватывает каким-то новым для меня предвкушением от одной только мысли согласиться на эту авантюру. Потому что сидеть в четырех стенах квартиры брата звучит не так захватывающе. Вообще-то, откровенно скучно.

«Впереди сессия, какое тебе веселье⁈» — вопит внутренний голос, и я снова сомневаюсь в своем решении.

— Соглашайся, это весело! — подмигивает Аня с милой улыбочкой, а потом наигранно хмурится: — В конце концов, где твоя женская солидарность?

Я вбираю побольше воздуха в легкие и неуверенно киваю.

— Ладно. Только если пару часиков.

Она бросается ко мне через консоль и крепко стискивает в объятиях.

— Ты не пожалеешь!

Ага. Очень на это надеюсь.

Аня отстраняется и, переключив передачу, едет вперед.

Затаив дыхание, смотрю по сторонам, слыша, как в отдалении играет музыка.

Повсюду яркие навороченные тачки, вокруг которых носятся, видимо, их владельцы, кто-то ковыряется под капотом, кто-то натирает машину до блеска, кто-то фотографируется с компанией разодетых девиц, не совсем по погоде, кстати. А каблуки у них такой высоты, что даже страшно представить, что будет, если кто-то из них упадет… Жуть.

И чем дольше я разглядываю обстановку, тем больше понимаю, что чувствую себя не в своей тарелке. Но помимо неуверенности и бешено колотящегося сердца в груди, есть что-то еще. Я пока еще не могу понять — что, но, думаю, мною движет именно это чувство.

Наконец Аня паркуется и глушит машину, а потом смотрит на меня вопросительно.

— Ну, ты собираешься писать брату?

Ах, брату, точно.

Достаю из сумки телефон, пару секунд просто сжимаю его в руках, а потом, вздохнув полной грудью, открываю переписку с Ратмиром и набираю версию Ани.

«Я сегодня задержусь в универе. Пошли с одногруппницей заниматься в библиотеку».

У меня перехватывает дыхание, когда большой палец замирает над кнопкой «Отправить», а потом я просто делаю это.

Вру своему брату третий раз.

Мы проходим сквозь шумную толпу, и мне хочется прикрыть уши — так громко здесь играет музыка. Она будто проникает под кожу и вибрирует в груди. Странно и непривычно.

Я еще ни разу не была на таких вечеринках, и все, что я сейчас вижу и чувствую, влияет на меня двояко.

С одной стороны, пугает, а с другой — заставляет ноги двигаться вглубь этого хаоса и смотреть на происходящее едва ли не с открытым ртом.

— Куда мы идем⁈ — я пытаюсь перекричать музыку, с трудом поспевая за размашистым шагом Ани.

— В ангар. Надо записаться на гонку! — кричит она мне через плечо.

Мы подходим к большим воротам, в которых едва заметна маленькая дверь. Аня открывает ее и оглядывается: