Книга В поисках дома, страница 120 – Валентина Бёрнс

Он сделал паузу, очевидно ожидая, что она что-нибудь скажет.

Что ж, пусть ждет, потому что она потеряла дар речи. Что она могла сказать, когда ее горло сжималось до боли?

— Три спальни. — Еще одна пауза. — Приличный двор. Забор разваливается, но я его починю. Там просторно.

Намек был ясен: ей там тоже хватит места.

Несколько секунд назад она мечтала именно об этом: родить ребенка от этого мужчины, создать семью, а теперь он воплощал эту мечту в жизнь. Так почему же ей вдруг показалось, что этого у нее быть не может?

Возможно, потому что ты все еще скрываешь от него огромную часть своего прошлого. Мысль, которая преследовала ее неделями, атаковала ее мозг, крадя дыхание и сжимая грудь.

У нее не было возможности продолжать играть в семью с Гейбом, когда она намеренно скрывала от него большую часть себя.

Пока она не найдет способ открыться ему, она не может стать частью этой семьи и притворяться. Мучительная боль от осознания того, что ее время с Гейбом и Руби может закончиться до того, как она расскажет ему правду без вреда для Айви, обрушилась на нее, и она была бессильна против этого.

Внезапно ей стало жарко, сердце сжалось от мучительной боли, и она с трудом села. Гейб легко последовал за ней, внимательно наблюдая.

Наклонившись за сброшенной одеждой, она избегала зрительного контакта. Это было ее последнее средство защиты.

— Это потрясающе, Гейб, — успела сказать она, натянув футболку через голову и встав. — Руби знает? Могу поспорить, она будет в восторге.

Гейб остался сидеть, спокойно наблюдая за ней.

— Я собирался рассказать ей на этих выходных. Может, отвезу ее посмотреть. — Он потянулся к ее трясущимся рукам, пытающимся застегнуть джинсы, останавливая. — Я бы хотел, чтобы ты тоже поехала посмотреть.

И поскольку эти слова прозвучали не как «Ты должна приехать и посмотреть на свое новое место работы», а скорее как «Приезжай посмотреть дом, который я купил для нас, чтобы создать в нем семью», страх Хоуп превратился в полноценную панику.

Ее сердце свободно летело к абсолютной любви к этому мужчине и его дочери. Кого она обманывала? Она уже в них влюбилась, и боль от приземления сокрушала душу. Она не могла быть в доме, который в другом измерении мог бы стать их, и притворяться, что это не разрывает ее на части.

В этом измерении она скрывала от него очень важную деталь своей жизни. Деталь, которая не заставила бы его так быстро красить забор в белый цвет. Внутри нее скопилось сожаление, душевная боль, жалость к себе и все остальные хорошие вещи.

— В эти выходные я не могу, — сказала она, высвобождаясь из его рук.

Она не врала. В эти выходные ей предстояло вернуться домой на благотворительный вечер. Время было выбрано удачно, потому что Руби планировала еще одну ночевку в доме своей тети. Некоторое время назад она мимоходом упомянула о поездке Гейбу и собиралась напомнить ему сегодня вечером, но потом ее отвлекла снятая одежда и ослепительный оргазм.

Теперь время ее поездки казалось еще более удачным, поскольку давало шанс создать столь необходимую дистанцию от этого мужчины и всех чувств, которые он вызывал в ней.

— Не можешь? — Он шел за ней к двери. — Почему?

Он явно не помнил о ее возвращении в Сан-Франциско, и в его голосе звучало разочарование, немного раздражения, определенно смущение, и, что вызвало оборонительную реакцию в ее сердце, обида.