Книга В поисках дома, страница 100 – Валентина Бёрнс

— Мне очень жаль, — прошептала она, ее горло сжалось. Она ощутила то, как много они значат друг для друга. — Я не хотела тебя пугать.

Свободной рукой она провела пальцами по его щеке, по колючей щетине на его подбородке. Вспомнив, что Лори рассказала ей ранее, она пробормотала:

— Ты не виноват в той аварии, Гейб.

Черты его лица ожесточились, а глаза похолодели, но он не сделал вид, что не понял ее.

— Откуда ты знаешь?

— Лори рассказала мне, что произошло тем вечером, — тихо сказала она.

Она глубже втиснулась между его раздвинутых коленей, желая быть к нему как можно ближе. Чтобы дать ему понять, что она рядом. Прямо здесь, с ним.

Его глаза сузились.

— Она рассказала?

— Не… не злись, — внезапно неуверенно пробормотала она.

— Хоуп, что именно рассказала тебе моя сестра?

— Что в вечер аварии Кэрри звонила тебе с просьбой забрать их, но ты пропустил звонок. — Хоуп внимательно следила за ним, но его стальной взгляд ничего не выдал. — Итак, она поехала сама, а по дороге произошла авария и… и…

Она не смогла заставить себя произнести эти слова вслух.

Гейб мрачно рассмеялся.

— Моя сестра неверно располагает фактами. — Он провел рукой по лицу и выдохнул. — Я не пропустил ее звонок. Я проигнорировал его. Я видел, как она звонила, но был занят чем-то, что требовалось сделать немедленно.

Его тон был безрадостным, а взгляд становился все более отстраненным, будто он был не здесь, с ней, а где-то далеко.

— Я нажал «отклонить», думая, что перезвоню ей через минуту, но, конечно, эта минута так и не наступила. Следующее, что я помню, как в бар пришли два полицейских и сообщили мне о несчастном случае, и что моя жена и ребенок находятся в больнице.

Хоуп прошептала его имя, не зная, что еще сказать или сделать. Она чувствовала себя такой беспомощной, наблюдая в отражении его глаз, как он заново переживает худшие моменты своей жизни.

— Кэрри работала медсестрой скорой помощи. Тяжелые смены. Около двенадцати часов. Иногда дольше. Часто всю ночь. Эти были хуже всего. Она вернулась на работу через три месяца после рождения Руби, когда ее отпуск закончился. Она все еще кормила грудью, поэтому в ночные смены я кормил Руби из бутылочки сцеженным молоком.

История разворачивалась в голове Хоуп, словно кино. Уставшая мать сцеживает грудное молоко во время перерывов на работе, чтобы муж мог кормить ребенка по ночам, когда ее не было дома.

— Бар был открыт меньше года. Я вечно пропадал там. Он отнимал все мое время. В те дни, когда Кэрри не работала в больнице, она была с Руби. Делала все сама. Это ее выматывало. Но я этого не видел. Я просто, бл*ть, этого не видел. Слишком был занят тем, чтобы сделать бар успешным, думал, что это единственный способ обеспечить свою семью. И она не жаловалась. Никогда… поэтому я не видел, насколько она уставала. Насколько выматывалась. Я был чертовски слеп.

Что-то в его голосе зацепило ее, и на глаза Хоуп тут же набежали слёзы. Видеть, как такой человек, как Гейб, проявляет эмоции, было мучительно. Но также это самое большее, что она слышала о его жене или ее смерти. Она не хотела его прерывать.

Гейб прижал к глазу костяшку пальца.

— Руби была в детском саду в двадцати минутах ходьбы от дома, в котором мы тогда жили. В тот вечер… в тот вечер Кэрри позвонила мне после двенадцатичасовой смены. Хотела, чтобы я забрал ее и Руби, потому что она так чертовски вымоталась, что не могла сесть за руль. — Он опустил руку на колени, потерявшись взглядом в прошлом. — Телефон зазвонил, и я был чем-то занят, поэтому перенаправил звонок на голосовую почту. Она оставила сообщение. Я подумал, что прослушаю его позже, когда закончу с тем, что, черт возьми, делал, что на тот момент казалось мне более важным.