Книга Спасая Винсента, страница 80 – Джоан Фернандес

— Мне нужно написать еще одно письмо, а потом пойдем играть в сад?

— Пять минут?

— Пять минут, – со смехом согласилась она.

Она достала чистый лист почтовой бумаги. Один из состоятельных клиентов Воллара, Люсьен Молин, хотел получить скидку на несколько картин Винсента. На прошлой неделе он прислал записку, предлагая купить три работы по цене в двести франков за каждую. Теперь он изменил свое предложение до восьмисот франков за семь картин, урезав стоимость каждой почти вполовину.

Это было странно и оскорбительно. С чего это он вдруг решил так сбить цену всего за неделю?

Йо перечитала постскриптум: «Камиль Писсарро пошел на уступки. Ему не стыдно продавать свои работы дешевле». Впервые ссылка на авторитетное имя не произвела на нее никакого впечатления.

Нет, в вопросах ценообразования она будет стоять на своем и откажется от его предложения. Сегодня она обнаружила, что работы Винсента могут служить и другой цели, помимо заработка для нее самой.

Надо только поверить, что эта новая идея по сбору средств для бедных не станет шагом назад. Что Париж, международные галереи и музеи сами обратятся к ней, когда придет время.

— У вас превосходный вкус, месье, – заявил Рольф, обращаясь к Молину, когда его упитанный клиент допил последние капли бренди. Рольф щелкнул пальцами, чтобы привлечь внимание официанта, и указал на пустые бокалы.

Мужской клуб был полон, как обычно в пятницу вечером. Обывателю показалось бы, что толпа гостей однородна, но на самом деле в клубе существовали едва заметные границы территорий. Компании бездарных молодых людей толпились у высоких стоек и постоянно оглядывались по сторонам в надежде, что их узнают. Рольф не обращал никакого внимания на тех, кто ему кивал. Ему доставляло удовольствие решать, кого осадить презрительным взглядом, а кого удостоить кивка. Следующую ступень занимали мужчины, достигшие определенного успеха в делах. Они чинно восседали за небольшими столиками, подобными его собственному. Ну а высшая каста располагалась в отдельном зале с роскошными кожаными креслами, где постоянно дежурил официант: он разносил напитки и отсеивал непрошеных гостей. Рольф ценил эти четкие разграничения.

Его взгляд скользнул в сторону четверых партнеров из «Буссо и Валадон». Склонив головы друг к другу, они сотрясались от сдержанного смеха. Рольф облизнул губы и расправил полы своего нового темно-синего сюртука. Он был воплощением успеха. То, что он развлекает этого толстосума Молина, не останется незамеченным.

Недалек тот час, когда и он пересядет в кожаное кресло.

— Д-добрый вечер, месье Рольф.

— Бонгер! – поприветствовал тот Дриса, отметив про себя его мятый костюм и стоптанные башмаки.

— Здравствуйте, месье, – сказал Бонгер, обращаясь к Молину.

Рольф вскочил в ужасе. Неужели у этого недоумка нет никакого понятия о приличиях? С тех пор как он поручил брату вдовы Тео Ван Гога заняться перевозкой картин от Танги к Дюран-Рюэлю, этот голландец стал вести себя непозволительно фамильярно.

— Не здесь, – отчитал он его. – У нас частная встреча с клиентом, Бонгер.

— Что? О, прошу прощения… – Тот покраснел и ретировался.

— Вы его знаете? – поинтересовался Молин, облизнув палец, которым провел по краю бокала.

— Младший брокер у Вери. Выполняет для меня мелкие поручения.