Книга Саша Лорски. Пламенный Факультет. 5 курс, страница 67 – Дроздова Александра

Я согласна, что это было странно и в некоторой степени непонятно, но вывалить на нее этот ком грязи, освободив себя от ноши вины, а дальше смотреть, как утопает твоя подруга в принятие какого-нибудь более-менее неразрушительного решения или же, наоборот, разрушительного – это мука хлеще, чем груз собственной вины. Я, не в коем случае, не уменьшаю собственную ответственность, однако, считаю в своем праве смолчать и позволить Бэлле остаться вне этой проблемы, и нести это бремя одной. Особенно, когда Андироган понял ценность своей невесты... Что делать с его бременем, это уже было делом не моим.

Судя по рассказам Бэллы, он, наконец-то, осознал, что за обворожительный дар ему достался по договору.

— Представляешь, Саша, теперь я получаю от него письма, нерегулярно, но он пытается наладить со мной взаимоотношения. Только… теперь мне кажется, что делает он это лишь для того, чтобы стать приемником Его Владычества.

— Пишет, значит…

— Да! О всякой ерунде, но раньше он не удостаивал меня и ответной скупой строчкой, а теперь сам не ждет ответа.

— Интересно… Вы виделись после твоего приезда в Дракгхил?

Бэлла мотнула головой, отрицая:

— Он был в бешенстве после моих угроз и сказал, что не увижу его больше, пока игры не закончатся.

— Так и сказал? – спросила я, всматриваясь в ее лицо.

— Угу! Сказал, что из-за дурной невесты и ее брата у него с только проблем, что сможет явиться только на финал игр.

— А что ты ему ответила? – осторожно уточнила я, ну, в общем-то, в чем-то Анди был очень даже прав.

— Что я не навязывалась ему в невесты и ушла…

— А потом ревела? – теперь я смотрела в потолок, понимая, что этой парочке еще не наскучило развлекаться.

— А потом ревела… – прошептала она, переворачиваясь на бок, и теперь Бэлла изучала мой задумчивый вид.

— Как думаешь, – осторожно начала она, – у нас с ним может получиться что-то настоящее?

— Нашла у кого спрашивать… – вздыхая, ответила я. Бедная девочка, наверное, именно в этих мыслях она так часто блуждала.

Вечно мужчины путают нас в наших же чувства. Было бы все гораздо проще, если бы о них говорили честно и открыто. Я тебе нравлюсь – ты мне нравишься, давай, вместе нравиться друг другу! Или я тебе нравлюсь – ты мне нет, извини, давай, продолжим искать дальше!

Оказалось, что все это я произнесла вслух, и Бэлла громко засмеялась.

— Как будто бы любовь – это приказ! – заметила Бэлла, когда отсмеялась. – Вся суть любви в романтичном ожидании.

— Разве оно романтичное? Ожидание дарит лишь боль!

На это Бэлле нечего было ответить. Была ли она со мной согласна? Я так не думала…

— Так, кого ты выберешь Зака или Ручейка? – спросила ехидна, меняя тему.

— Ручеек избегает меня и рычит, и ведь не рожденный вервольфами, а Зак прямо обозначил свою позицию…

— И как он обозначил свою позицию? – играя бровями, спросила эта аферистка.

— Все прояснил! – не поддаваясь на провокацию Бэллы, ответила я.

— А мой декан не прояснил?

— А Ручеек намекнул, но это было еще до того, как я перевелась, а сейчас, ты же сама видела, какой он ледяной…

— Мне кажется, – аккуратно начала она, – что мы чего-то не знаем, а его холод говорит только о том, что ему небезразлично. Поговорила бы ты с ним.

— Поговорю, – кивнула я, – но только лишь для того, чтобы сказать, что выбрала Зака…