Книга Судьба исправлению подлежит. Шаг первый, страница 30 – Сусанна Ткаченко

— Сделаем эклеры, шоколадные колбаски из печенья, трубочки с вареньем и горячие бутерброды, — деловито перечисляла Мари по дороге. — И лимонный морс с мятой и сахаром — получится не хуже, чем стейтонские напитки из пакетиков. Они туда что-то добавляют, точно тебе говорю.

— Сто процентов. Магические усилители вкуса, чтобы подсаживать на них народ и заставлять покупать все больше и больше, — согласилась я. — Но ты уверена, что у нас получится?

— Конечно. Я взглянула на нашу кухню в апартаментах — там все нужное есть. Не переживай, не опозоримся.

Я, конечно, все равно переживала. Но больше из-за того, почтит ли нашу вечеринку своим присутствием его высочество. Не выветрилось ли за день его хорошее расположение к Мари. Утром после её слов Карсиан быстро погладил моё облако по голове и молча ушёл.

— Мари, хочу тебе признаться, что если бы тебя не было со мной, я бы, наверное, сейчас лила слезы где-то в уголке и не знала, что делать, — сказала я искренне, снимая пробу с горячей трубочки, наполненной клубничным вареньем.

— Ой, да это разве трагедия? — отмахнулась Мари. — Я же говорила, что все у нас получится.

На овальных блюдах уже лежали готовые пирожные и бутерброды, а в запотевших кувшинах настаивался морс. Командовала готовкой Мари, а я была у нее подсобным рабочим, но все равно испытывала гордость от того, что мы все приготовили собственными руками.

— Я не только про угощения. Я вообще, — уточнила я. — Ты как будто мой дух-хранитель. И сил мне придаешь, и смелости, и на выручку постоянно приходишь вовремя. Как с его высочеством в коридоре. До сих пор не верится, что он не разозлился. Как ты умудрилась его успокоить?

Мари вытерла руки полотенцем и задумчиво посмотрела в окно.

— Не знаю. Меня потянуло взять его за руку и сказать то, что было на душе. Но как только я до него дотронулась… Сложно объяснить, но на миг показалось, что я очутилась в каком-то безопасном коконе. Я не знала своих родителей, но мне кажется, что вот так дети чувствуют себя в их объятиях.

Я проглотила кусок трубочки и застыла, уставившись на Мари. Если приглядеться, то между ней и Карсианом можно увидеть внешнее сходство…

Но не это натолкнуло меня вдруг на крамольную мысль, а то, что, возможно, у них часть магии одинаковая. Если предположения Мари, что Карсиан обладает способностями метаморфа, — правда, то не может ли быть такое, что Мари как-то с ним связана? Например, через мать.

Я вскочила.

— Сколько тебе точно лет? — спросила сдавленно.

— В этом времени тринадцать будет через два месяца. А что?

Я заметалась по столовой, постукивая пальцем по губам. Думай, Тея, вспоминай, когда именно сослали императрицу. Это было очень давно, я тогда еще в школу не ходила, а услышала про ссылку, когда мои родители и родители Ирмы обсуждали на пикнике, что наследник, бедняга, лишился матери, как раз когда у него начался самый сложный период — созревание как мага — и он пошёл в среднюю школу. А в нее поступают в двенадцать лет. То есть ему было одиннадцать с чем-то, сейчас ему двадцать пять. Двадцать пять минус двенадцать, минус несколько месяцев беременности… И все сходится! Мари вполне может быть его сестрой по матери!

Я зажала рот рукой. Великие предки!

— Тея, ты меня пугаешь, — выдохнула Мари.