Книга Ветеринар для драконьего принца, или империи нужен наследник, страница 22 – Оксана Рассветная, Александра Карлович

— Нет! — рычу в ответ и отталкиваю ее. — Возвращайся назад и не ходи одна! Сколько можно повторять?! — Боль и непонимание в ее глазах как удар под дых. Но сейчас я не могу говорить с ней. Ощущаю себя грязным...

Она уходит, пряча слезы от обиды. Пусть так, зато она будет в безопасности.

Из тени деревьев выходит ифрит. Глаза его сверкают мрачным светом, отраженным от бликов солнца, губы плотно сжаты.

— Мы оба знаем, почему ты ушел сюда один, — сказал он спокойно. — Ты чувствуешь ее, верно?

Я напрягся, готовясь к худшему. Казалось бы, вчерашний враг пришел, чтобы воспользоваться моей беспомощностью.

Но Хаадар удивил:

— Ошибаешься, принц драконов, думая, будто я намерен нанести удар в спину. Мы можем говорить открыто? — Я киваю. — Я видел, как это случилось. Ты защищал свою этери. Я поступил бы так же. Но теперь тьма в тебе. Те люди в деревне тоже сначала сражались с искаженными, а потом стали такими же. Я знаю, кто твой враг, только вот одолеть его в одиночку ты не сможешь. Слишком мало времени у тебя, дракон.

Я молча слушаю его, недоверчиво глядя на бывшего врага. Как могло случиться такое, что один из тех, кто хотел моей смерти, теперь дает советы?

— Почему ты говоришь это именно сейчас? Почему молчал раньше?

Хаадар пожал плечами:

— Потому что раньше я не доверял тебе и боялся тебя больше, чем свою собственную слабость. А сейчас вижу, что страх исчез вместе с иллюзиями обмана, которыми меня кормили… Нам обоим известно, что теперь мы связаны одной нитью судьбы. Мы с тобой и женщина... Если ты проиграешь борьбу с тьмой раньше, чем мы доберемся до нашего общего врага, то мы все проиграем.

Делаю глубокий вдох, выдох. Концентрирую все свое внимание на этом разговоре.

Ифрит прав. Даже несмотря на всю горечь прошлого, враги могли стать единственными надеждами друг друга в борьбе с общим злом. Кроме Лерры и ифрита, я больше пока никому не могу доверять.

Теперь оставалось самое сложное — признать свое поражение и принять помощь, пусть даже того, кого ненавидел долгие годы.

Лера.

Возвращаюсь к еще тлеющему костру. Слезы застилают глаза. За что он так со мной? Я ведь волновалась за него и хотела помочь. А он оттолкнул меня, как будто я ему на шею вешаюсь! Да сдался ты мне! Не дракон, а павлин! Вот и сиди в своем лесу! Нужен ты мне больно!

Иду, не разбирая дороги. В голове крутится миллион мыслей, большая часть из которых о том, как я медленно поджариваю на огромной сковородке тушку дракона, а он молит о пощаде и извиняется.

Каждый раз картинка в моей голове выглядит всё забавнее и забавнее. Вот дракон на сковороде предстает в настоящих детских памперсах и с клоунским носом в придачу. Так тебе! Драконище! Мысленно показываю ему язык, уже танцующему на сковороде ламбаду.

Последняя фантазия меня повеселила, и я, кажется, успокоилась.

А ведь и правда, чего это я? Как маленькая прямо разревелась!

Сворачиваю к реке, чтобы умыться и привести себя в порядок.

Эх, сейчас бы в горячую ванну полежать, да мой любимый шампунь с клубничным ароматом. Впрочем, я уже даже на хозяйственное мыло согласна!

Вернувшись в лагерь, замечаю, что парни уже суетятся у костра. Хаадар при моем появлении поднимается и направляется в сторону леса.

— Я принесу еще дров, — кидает он и устремляется прочь.