Книга Бывшая главного злодея, страница 93 – Ола Рапас

Что? Он его прощает? Что же переменилось?

Глаза Магнуса забегали, внимательно всматриваясь в лицо герцога, но тут его взгляд упал на тонкую светлую ладонь, лежавшую у лорда Локкрафта на плече, обтянутом черным мундиром. Эта ладонь принадлежала его помощнице, этой мелкой северной сучке, которая таскалась за герцогом по пятам.

Она прикоснулась к нему, и этот разъяренный дракон не только не оторвал ей руку, но еще и успокоился.

— У меня хорошее настроение. Так что, оставь ему язык, — с этими словами бастард украдкой посмотрел на девушку.

Глаза Магнуса расширились. Что это было? Блажь со стороны герцога? Покорность? Желание ей угодить? Выходит, и у этого дракона есть ошейник. А поводок у этой малолетней пигалицы в руках? Интересно, она сама хоть осознает, каким влиянием обладает?

— Поэтому, выбирай, — продолжил лорд Кристиан, — левый или правый?

— Ч-что? — Рошфор, готовый выдохнуть с облегчением, снова напрягся.

— Правый или левый мизинец тебе сломать?

Вместо ответа лорд Дио уставился на него выпученными глазами. А Кристиан раздражённо цокнул и сам потянулся к главе торговой гильдии.

— Сам выберу…

Раздался хруст.

— ААА!

Дио Рошфора затрясло, и он схватился за руку.

Все ошалело переводили взгляд с герцога на председателя, с председателя на герцога.

— Боги, зачем столько воплей, — поморщился блондин, — это всего лишь палец.

— Го-господин, — осмелился заговорить Магнус, в этот раз тщательно подбирая слова, — дворяне- важная часть этих земель. Наши семьи исправно служат вашей семье уже не первое поколение, наша схема отлажена, как часы.

— Не приписывайте себе заслуг ваших предков, — холодно произнес бастард, а затем вытянул руку. Его ручная северянка ту же вложила в нее какой-то бланк, и герцог сказал, пробежавшись глазами по каким-то числам:

— Во время основания провинции главные семьи поделили обязанности между собой, и каждая заняла свою нишу. В то время восток расцвел: экономика, промышленность, целительство, образование- показатели взлетели до небес. Но если сравнивать тогдашний успех в процентном соотношении с показателями на сегодня…. То по всем пунктам, вы, господа, просели на семнадцать процентов. Что говорит о том, что вы не только не преумножаете нажитое своими предками, но и нагло разбазариваете.

Все уставились на него, не понимая, о каких цифрах идёт речь.

— Иными словам, благосостояние нашего герцогства, медленно, но верно уходит в минус, — пояснила ассистентка.

Нашего…. она сказала нашего герцогства. Да кем эта плебейка себя возомнила? И все же она продолжала:

— А если ещё проще, вы, господа, худо — бедно справляетесь. Однако, терпя убытки, вы закрываете эти дыры за счёт бюджета провинции и усиления налогов, а не с помощью преумножения производств.

Дьявол. Может, сам герцог и молод, но он явно окружил себя людьми, разбирающимися в различных тонкостях и нюансах.

— Что?! Да как высмеете так открыто обвинять нас, столпов этого двора! Ещё и в хищении?! — вспылил златокудрый виконт Слоун.

— Вы что, глухой? — спросил Кристиан таким тоном, от которого кровь стыла в жилах, — и не поняли, что я говорил про тон? Или вам тоже сломать мизинец?

— Но, милорд, мы всего лишь ваши покорные слуги. И делаем всё возможное, что в наших силах. Вы слишком к нам суровы, — произнес Магнус, отмечая про себя, что иноземку Кристиан не наказал за то, что она заговорила без разрешения, — особенно к Дио Рошфору.