Книга Бывшая главного злодея, страница 34 – Ола Рапас

Жак резко повернулась к нам и, даже не глядя на меня, с ничего не выражающим лицом и сказала:

— Ты, слуга, уведи отсюда соплячку.

— Что происходит? — нервно спросила я.

Меня не обманет её напускная холодность. Сама живу с таким же типом последние годы.

— Уходи отсюда, — рявкнула она, клацнув острыми драконьими зубами.

— Пойдём, — Грэм положил руки мне на плечи, едва ли не силой заводя в зал.

— Почему нас выгнали? Что происходит? Почему она… Так напугана?

— Напугана? Я бы сказал, она в ярости.

— Нет, точно испугалась, — сказала я, — но она явно любимица отца. Герцог даже запомнил её имя. Так почему она боится его?

Грэм помрачнел, но затем все-таки сказал:

— Как ты думаешь, что ей велели прибрать?

С минуту я обдумывала его слова, а затем с ужасом распахнула глаза.

Словно подтверждая мои худшие опасения, Грэм кивнул.

— Но… она же не хочет этого делать. Почему не отказалась? Почему…

— Потому что, тогда герцог уберет её…

Я почувствовала, что несмотря на то, что мои пальцы похолодели, а лицо побледнело, внутри всё вскипело. А Грэм покачал головой, словно он старался как можно дольше оттянуть этот неприятный разговор.

— Герцог признаёт лишь силу. А тех, кто проигрывает или показывает себя слабым… Проигравший должен будет умереть. Даже если пощадить противника, то Дернел Локкрафт прикажешь добить проигравшего. А потом накажет и того, кто откажется приводить приговор в исполение. Поэтому Жаклин и не выясняет отношения с Кристианом напрямую, один на один. Поэтому Жак действует из-под тяжка. Она раньше других осознала, насколько силен молодой бастард. Нужно устранить сильных претендентов на роль будущего главы рода, пока не устранили тебя. И теперь либо подсылает к нему наёмников, либо… Науськивает других детей. Чтобы самой избежать последствий.

Я сжала пальцы с такой силой, что на моих ладонях явно останутся следы от ногтей.

— Так нельзя. Дети не должны убивать друг друга. И родители не должны поощрять их за это.

Мне сложно было предать ту гамму эмоций, которые я испытывала в данный момент, языком, достойным леди. Потому я повторила:

— Так нельзя.

Если этот лорд Дернел воспитывает в таких условиях своих детей… Тогда этот урод должен гореть в аду. Я уже не переживала о том, что Кристиан может убить своего отца. Черт, да если потребуется, я помогу ему устроить переворот.

Я с нетерпением ждала, когда мы покинем имение герцога. После того, что я узнала, мне это место казалось мерзким, грязным, порочным.

Никогда бы не подумала, что буду так рада вернуться к безразличным слугам и запущенному поместью. Я надеялась, что я еще немного смогу насладиться нашей жизнью в имении, но дурные мысли не шли у меня из головы. Этот больной герцог выделяет самых сильных из своих отпрысков и назначает их претендентами на роль будущего главы рода. А затем устраивает своим детям игры на выживание, заставляя убивать друг друга.

Как вообще можно простить подобное? В романе не было ни слова об этом. Да и не похоже, что другие дворы проводили подобные практики.

Наступила середина осени, но было все еще тепло. В этом регионе зима всегда приходила поздно и была довольно мягкой. Я расхаживала по саду, гневно пиная пожелтевшие листочки.

— Пссс, — донеслось до моих ушей.