Книга Возлюбленная героя в плену Злодея, страница 41 – Лина Эвери

Но лучше такая, чем жить, играя не свою роль.

После рокового дня я целый день провела в спальне, хандря и приходя в себя. Я быстро взяла себя в руки, решив больше не ждать героя. Я вернусь домой раньше, чем он достигнет последнего этажа Башни…

Инир не приходил. Я давила в себе волнение — наш прошлый разговор получился неприятным. Я наорала на него, но считаю — за дело.

Но проходя по коридорам я боялась обнаружить его безжизненное, раненное тело.

Я гнала эти мысли.

Мне плевать. Я просто хочу домой.

Я оккупировала библиотеку на несколько дней. Когда я искала способы лечения Инира, я зацепилась за одну книгу…

«Переселение Душ».

С трудом я нашла её, будто кто-то специально спрятал поглубже между любовными романами и историческим хрониками.

Не боясь, я открыла книгу. Ветхие страницы грозились рассыпаться на руках, и я была очень аккуратна.

Прочитанное вызвало у меня отчаянье.

Изначально, переселения душ часть древней магии смерти, которой ныне из живущих никто не обладает. Её использовали, чтобы воскрешать мертвых. Но… были и другие случаи. Теория о нескольких мирах, где порой можно было призвать человека из другого мира на место другого.

Я зацепилась за эту часть, но ничего точного не получила. Домыслы и ничего больше — будто автор книги считал это легендой, чем-то невозможным.

Он указал кое-что важное — на такую магию способны боги и их приближенные.

Сильнейшие Избранные.

Их сила заключалась в страдании, что вновь вернуло меня к размышлениям о судьбе настоящей Фрэнсис Роуз.

Луна сказала, что ей суждено умереть ради того, чтобы Киран обрел настоящее могущество, которого будет достаточно для убийства Инира. Возможно, Луна призвала меня на место Фрэн, чтобы избежать этого?

В книге ничего не говорилось о страданиях во имя силы и величия. Я считала это художественным ходом — что во время решающей битвы герой, переполненные тоской и горем, обретает истинное могущество и побеждает злодея.

Оказалось, все было иначе.

И без жертвы Фрэнсис одолеть Инира невозможно.

Знает ли об этом Киран…

— Снова читаешь.

Я вздрогнула, резко захлопнув книгу.

Инир возникнул передо мной словно из воздуха. Он прислонился к книжному шкафу, внимательно изучая меня.

Усталый, но до невозможности красивый. Белые волосы мягко спадали на его опустившиеся плечи. Сегодня он без плаща, в легкой белой рубашке. Такой простой, но все равно до боли изящный.

Будь рядом с ним. Полюби его.

Я отвернулась.

— Да. И что? — сухо отреагировала.

— Я хотел сообщить тебе, что Киран почти справился. Он потерял всех своих людей.

Потерял. В груди все сжалось от боли — Киран делает все, чтобы спасти Фрэнсис.

На мое молчание Инир лениво произнес:

— Или тебе все равно? Раз ты не любишь его.

— Не лезь ко мне и моим чувствам, ясно?! — резко вспыхнула.

Почему стало так трудно?

Буря эмоций мучает душу, отчего я не могу произнести и слова без едва сдержанной злости.

Луна, чертова богиня… ты все испортила!

— Ладно, — Инир поднял руки, будто пытаясь успокоить меня. — Я не знал, что ты сегодня не в настроении…

Зачем он пришел и пытается делать вид, что мы друзья?!

— Или ты теперь отыгрываешься?

Я не сдержалась, фыркнув:

— Если обнаружишь себя в темнице, поймешь — вот тогда я отыгрываюсь. Остальное — пустяки.

Инир молча пялился на меня около минуты, когда я пыталась делать вид, что снова увлечена чтением.