Онлайн книга «Опальная жена. Хозяйка Северных земель»
|
Брачной ночи не будет? — удивлённо спрашивает Ашкай. «Совершенно не хотелось, даже рада». Он сейчас куда красивее, чем тогда. Помнишь? И всё это ради тебя. Он позволил себя облентовать и готов пойти против Лаэрда. «Прекрати!» Мужчина, что желает измениться ради женщины, не потерян. Будь к нему добрее, он этого заслуживает. «Хочешь сказать, что я злая?» Немного отталкивающая. Нет в тебе шарма что ли. Красота, да, но не женственность. «И это говорит мне фамильяр?!» Разумный голос, Мейя. Вспомни, как ты желала его недавно, как твоя кожа горела от его ласк. Зачем сопротивляться, если вы оба желаете одного и того же. «Ашкай, прекрати. Я никого не желаю!» Ты можешь лгать другим, но не самой себе, дорогая эфа. «Я спать». Отворачиваюсь, но голос во мне продолжает нудеть. «Чего ты хочешь?» Чтобы камень больше не чернел, чтобы Торвелл не имел никакого шанса, чтобы ты выполнила свой долг перед Хольц — пробудила дракона внутри Блаквуда. Он дремлет где-то внутри, его силу запечатали, но не смогли убрать. И первое, что пробуждает дракона — любовная связь. «Пытаешься принести меня в жертву науке?» Я думал, ты куда умнее. Ошибался. Ваш союз родился, как фиктивный, но должен стать совершенно иным, чтобы ни один Лаэрд не был в силах тебя отсюда забрать! «Ты же не отстанешь?» Нет. «Что я должна делать?» — спрашиваю, а у самой глухо ухает сердце и пересыхает в горле. Ты знаешь, Мейя. Ты должна стать его женщиной до конца. Резко поворачиваюсь, чтобы не передумать и испуганно замираю, оказываясь лицом к лицу с Эрвейном. Слишком темно, чтобы говорить наверняка, но я уверена: он смотрит на меня. Замираю на мгновение, будто стою на краю: шаг вперёд — и назад уже не вернуться. Сердце бьётся слишком громко, или мне только кажется. Медленно поднимаю руку и осторожно касаюсь его груди. Тёплая кожа под пальцами, живая, настоящая, покрытая маленькими вьющимися волосами. Он не отдёргивается и не говорит ничего, лишь в его глазах загорается огонёк и тут же гаснет, и от этого становится не по себе. Ладонь укладывается на моё плечо, а затем скользит ниже, пока не добирается талии и не спускается на ягодицу. Он подтягивает ближе мягко и уверенно, беря инициативу в свои руки, откидывает халат и забирается под сорочку, проверяя моё согласие. Не отстраняюсь, лишь подаюсь вперёд, и он накрывает мои губы своими. Поцелуй становится глубже, теплее, уже без той холодной сдержанности, что была в зале. В нём нет спешки, нет грубости, только странная неожиданная осторожность, будто он тоже не до конца понимает, как мы оказались здесь. Обиду оставляем за спиной, отдаваясь на волю страсти, что заполняет собой комнату. Его лицо гладкое, совсем другое, нежели тогда в его постели, и это куда приятнее растительности, с которой приходилось мириться. Он останавливается и стягивает с меня халат и ночную сорочку, затем избавляется от единственной одежды на себе, а я чувствую его желание физически. В моей жизни был лишь один мужчина — мой муж, и я пыталась любить Торвелла. Надеялась заставить себя радоваться тому, что он посещает мою комнату, чтобы это не казалось любовью против воли. Мы мучали друг друга, а потом Фриэлла сменила меня, и я была отчасти рада. Здесь же всё было иначе, и как бы я не пыталась убедить себя в том, что происходящее сейчас — это необходимость, но тело говорило об обратном. |