Книга Опальная жена. Хозяйка Северных земель, страница 68 – Ирина Манаева

Тиэррис стоит у окна и смотрит вдаль.

— Где этот идиот? — интересуется через плечо.

— Можно конкретнее?

— Пёс твоего мужа.

— Я всё слышу, — доносится из-за двери.

— Ясно, — фыркает она. — Я могу сплющить его в лепёшку, но не стану, потому что не желаю ссор между Северными землями и Крепом. Но и мне не нужны чужие уши.

Она идёт к двери и открывает её.

— Немедленно покиньте это место, мне нужно поговорить со своей лекаркой наедине.

На удивление Курц подчиняется, и мы остаёмся вдвоём.

— Разденься, — говорит Хольц спокойно, закрывая дверь на ключ.

— Извините?

— Ты слышала, что я сказала. Ширма там, — указывает в сторону резной загородки из тёмного дерева. — Полностью сними одежду.

— Зачем? — не двигаюсь с места.

— Я должна быть уверена, что тебе можно доверять.

Внутри всё холодеет, пока что не понимаю, как это работает.

Она хочет убедиться, что на тебя нет антифактов. Артефактов, скрывающих правду. Или меток чужой магии. Ты можешь отказаться, но, я бы не советовал.

Я медлю секунду, затем ухожу за ширму. Здесь не так уж и жарко, чтобы снимать платье. К тому же с каждым снятым слоем ощущение уязвимости неприятное, почти унизительное.

— Готова, — произношу глухо через время, пытаясь прикрыться руками.

— Выйди.

Холод бьёт по коже, стоит только шагнуть из-за ширмы, кожа тут же покрывается мурашками.

Хольц подходит ближе, её не заботит, что я мёрзну. Её взгляд цепкий, без тени смущения. Она осматривает плечи, шею, спину. Проводит ладонью вдоль руки, не ласково, а проверяя. Затем спина, ягодицы, бедра.

Меня начинает колотить от холода, что не могу удержать эту дрожь и принимаюсь трястись.

— Повернись.

Подчиняюсь.

Её фамильяр кружит вокруг, к чему-то принюхиваясь. Воздух становится плотнее, тяжелее. Магия скользит по коже, ощупывает, проверяет.

— Дыши ровно, — бросает Хольц.

Легко сказать. Кажется, проходит целая вечность, а на деле минут десять, не больше. Но за это время я успеваю почувствовать каждое дуновение воздуха и каждый взгляд. Фамильяр замирает у моих ног, затем возвращается к хозяйке.

Тишина. Хольц достаёт что-то из кармана и протягивает мне. В ладони ложится прозрачный камень, и я понимаю, что наступила вторая часть проверки.

Продолжаю стоять в комнате Тиэррис, чувствуя, как леденеет тело. В моих руках кристалл правды — редкий артефакт, которым будут меня испытывать. Скорее всего у Хольц он один из последних, которые она так берегла, потому что иначе могла бы воспользоваться им раньше.

— Ты прибыла сюда, чтобы убить меня? — задаёт вопрос Хольц, смотря прямо в глаза.

— Нет, — отвечаю, пока зубы выстукивают чечётку.

— Имеешь ли ты отношение к якорю?

— Нет.

— Знаешь ли того, кто имеет отношение к якорю?

— Нет.

— Для чего ты здесь? Только не лги, мы сразу же поймём это.

— Любовница мужа родила ребёнка с уродством и решила, что я виновата, а потому приказала Лаэрду убить меня. Я здесь, потому что сбежала, спасая свою жизнь.

Брови Хольц подпрыгивают вверх, и она внимательно смотрит на камень, который так и продолжает лежать в ладонях неизменно.

— Ты виновата в уродстве младенца?

— Нет.

— Работаешь ли ты на кого-то, кто желает мне зла?

— Нет.

— Желаешь ли сама мне зла?

— Нет.

— Хочешь ли ты быть верна мне?

— Я не могу быть верной вам, Хольц, потому что мой муж скоро заберёт меня отсюда.