Книга В паутине предательств, страница 20 – Адриана Максимова

— Король не обрадуется, если узнает о твоих тайных свиданиях, – заметил он.

— И не лень бежать докладывать? – усмехнулся Дор, поправляя плащ.

— Очень лень, – сказал Бальтазар. – Но вдруг найдутся сердобольные?

— Ты сам-то куда шел?

— Тебя искал, – ответил Бальтазар, и они двинулись по коридору.

— Я тоже хотел с тобой поговорить, – сказал Дор, и жестом предложил ему выйти на крыльцо. Бальтазар бросил на него любопытный взгляд, но вопросов задавать не стал. Они вышли на улицу. В лицо ударил теплый влажный воздух. Снег почти растаял, и во дворе было мокро и грязно. Дор покрутился, чтобы убедиться, что они одни и никто не подслушивает.

— Ты что, в любви мне, что ли, признаться хочешь? – проворчал Бальтазар.

— Мне кажется, что у Августина здесь сообщники, – сказал Дор.

— Есть подозрения, кто?

— Нет, никаких, – мотнул головой Дор. – Просто… Он ведет себя так, словно у него есть поддержка. Августин на кого-то рассчитывает.

— Мне так не показалось, – подумав, сказал Бальтазар. – Но все может быть. Прикажу своим людям не спускать с него глаз.

— Августин – темная лошадка, от него всего можно ожидать.

— Да уж, учитывая его прошлое, – задумчиво проговорил Бальтазар.

— А тебя что тревожит? – спросил Дор, глядя на друга.

— Что у драммарских магов есть в крепости свой человек, – вздохнув, ответил Бальтазар. – Кто-то из магов сотрудничает с ними.

— С чего такие мысли?

— Грета поделилась наблюдениями.

— Насколько я знаю, она ничего не понимает в драммарской магии.

— В ту ночь, когда с неба полилась черная жижа, на стене появились надписи, которых прежде не было, – сказал Бальтазар. – Это была часть заклинания, которая связывала магию тех, кто атакует крепость. Открывало коридор, минуя защиту, которую поставили чародеи.

— Почему я только сейчас об этом узнаю?

— Потому, что я только сумел тебе об этом рассказать? – пожал плечами Бальтазар. – За эти дни столько всего произошло.

— Грета могла сама рассказать мне об этом.

— Она сейчас лежит в беспамятстве, ей точно не до тебя.

— Кто еще об этом знает?

— Грета рассказала Саболе, но и он сейчас болен, так что толку от него никакого. Впрочем, как и от Мариана. Не знаю, что мы будем делать дальше.

— Кордия? Она – единственная, кто владеет магией и пока здорова.

— Если Лейф даст ей возможность попытаться.

— Как думаешь, тот, кто помогает Августину и касталийцам, может быть одним человеком? – спросил Дор.

Бальтазар провел рукой по белокурым волосам и ничего не ответил. Дор задрал голову и посмотрел в мутное небо, по которому носились пепельные тени. Выглядели они зловеще: того и гляди нападут. Очередное развлечение драммарских магов, чтобы лишить их защиты и погубить. Вряд ли они сейчас смогут отразить их атаку. Выдержат ли они ее, или она станет для них последней?

* * *

Графиня Локк дремала. Она лежала, обложенная подушками, ее ноги укрывало яркое лоскутное оделяло. Лицо графини было бледным, седые волосы подчеркивали желтизну кожи. Дор даже склонился над ней, чтобы убедиться, что она еще дышит – таким незаметным было ее дыхание. Делора сказала ему, что она хочет его видеть. Он пришел почти сразу, но, видимо, графиня была слишком слаба чтобы его дождаться. В последний раз они говорили перед тем, как чародеи поднялись на башню, чтобы снять магический купол, который защищал Шиоронию от вторжения врагов. Тогда их разговор поставил Дора в тупик, а те обещания, которые она вынудила его дать, теперь угнетали его. Что ей нужно сказать ему сейчас?