Книга В паутине предательств, страница 198 – Адриана Максимова

— Повздорили, значит, – задумчиво протянул Дор, поглаживая подбородок. – Кордия к этому как-то причастна?

— Нет, она ни при чем, – быстро проговорил Лейф, хотя сам сомневался в ее непричастности. Она вполне могла это сделать, и у нее было железное оправдание: этот человек хотел их смерти.

— Может, ты видел или слышал кого-то, кто мог это сделать? – продолжил допытываться Дор, и Лейфу захотелось, чтобы тот умер прямо сейчас, только бы отстал от него! Не в силах отвечать, король лишь покачал головой. Лицо и шея его пылали так, будто он выпил бочку вина.

— Если только граф Локк, – сказал Лейф. От звука этого имени его замутило. Он никогда не сможет простить этого человека. Никогда. – Ему нравилось ссориться с людьми.

По лицу Дора пробежала тревога, и он поджал губы.

— Ладно, допустим все так и было, – сквозь зубы проговорил он.

— Мне не нужно твое снисхождение, герцог, – ледяным тоном проговорил Лейф.

— Лично мне абсолютно все равно, убил ты его или нет. Климент, как, впрочем, и его брат, взрастили достаточное количество врагов. При желании можно составить большой список тех, кто мог хотеть его смерти и привести идею в исполнение. Я просто не хочу сюрпризов. Пойми, нам нужны люди Йона, чтобы выиграть войну, чтобы не дать растащить Аталаксию на кусочки.

— А как же предложение Севера? – спросил Лейф. – Ведь, как я понял, они с Йоной враги…

— Мы пока не знаем, чего хочет Север, – ответил Дор и потянулся к столику, на котором стояла вода. Сегодня он справился с этим сам без затруднений. – В одном я уверен: цена за его помощь будет очень высокой, и если мы не договоримся, и он встанет на сторону наших врагов, нам не выжить, даже с людьми Йона.

— Но, если мы возьмем на службу людей Йона, Север не захочет с нами говорить, – сказал Лейф, все еще не совсем улавливая оттенки отношений между этой троицей. Дор кивнул. – Тогда я не понимаю!

— План прост: я беру под покровительство людей Йона, а ты ведешь переговоры с Севером. У нас с тобой конфликт, ты опасаешься за свою жизнь, и дружишь с Севером, стараясь понять его душу и планы.

Лейф рассмеялся.

— Ты же играешь против себя, Дор! Вдруг я войду во вкус?

— Вопрос в том, за кого ты будешь играть, Лейф, – медленно проговорил Дор. – И сколько готов заплатить, чтобы остаться королем Аталаксии.

— Не боишься, что я предам тебя по-настоящему? – спросил Лейф.

— Если это та цена, которая поможет мне спасти мою землю, – я готов к ней, – просто сказал Дор, но в этом было столько благородства, что Лейф поморщился.

Король медленно прошелся по комнате. Ему нужно было все обдумать, возможно, посоветоваться с Кордией, но, вспомнив, как она рвалась спасти Дора, передумал: скорее всего, она будет на стороне герцога. А что, если это сговор и эти двое интригуют против него? Он повернулся и посмотрел на Дора. Ему очень хотелось забраться к нему в голову и прочитать его мысли. Если бы Мариан был его другом… или у него был человек, с которым он мог поговорить. Лейф снова ощутил себя очень одиноким.

Он снова подошел к постели Дора и сел на край.

— Прежде, чем обсуждать дела, скажи: что ты чувствуешь, убив того кто, уничтожил твою семью и сломал тебе жизнь? – спросил Лейф, глядя Дору в глаза.

— Будто я хорошо помыл руки после того, как возился в дерьме, – медленно проговорил Дор. – Они вроде чистые, но флер остался.