Книга В паутине предательств, страница 192 – Адриана Максимова

— Войдите, – сказала она, уже зная, кого увидит.

Легкий сквозняк пробежал по комнате, когда дверь распахнулась и вошел Дор. На нем был серый камзол, черные волосы гладко зачесаны назад и убраны в хвост, и только одна непокорная прядь падала на лоб. Из-за бледности герцога шрам на губе казался более ярким. Запаха грозы почти не ощущалось и Кордия подумала, что будет скучать по нему.

— Хорошо выглядишь, – сказала Кордия, поняв, что они слишком долго смотрят друг на друга и молчат. – Мариан сказал, что рана быстро заживает.

— Благодаря тебе, моя королева, – проговорил Дор, и Кордии показалось, что его голос теперь звучит немного иначе. Он опустился на колено и, прижав руку к груди, склонил голову. – Теперь моя жизнь полностью принадлежит тебе.

Кордия прикусила губу, чтобы не расплакаться. Она смотрела на него, коленопреклоненного, и понимала, что за эти дни полюбила его сильнее.

— Встань. – Ей хотелось, чтобы голос прозвучал ровно, но он дрогнул.

Дор посмотрел на нее и медленно поднялся с колен. Между ними было привычное расстояние, словно их тела выучили его наизусть. Кордии до боли хотелось его сократить, но она не шелохнулась.

— Лейф сказал, что вы ждете наследника. Мои поздравления, – выпрямляясь, сказал Дор. Его взгляд был слишком пристальным, словно хотел проникнуть в самую душу и убедиться, что она действительно счастлива.

— Благодарю. Ты, наверное, теперь тоже займешься устройством личной жизни, – сказала Кордия, хотя это было меньшее, о чем она хотела спрашивать.

— Пожалуй.

— Дор… – выдохнула Кордия. Она сама не знала, что хочет сказать ему. Неловкость, которая росла между ними, сковывала ее, словно цепями. Слова казались нелепыми, взгляды – провокационными. Все, чего ей хотелось, – это подойти к нему и обнять, но именно это она и не могла себе позволить.

Дор сделал два шага вперед, сокращая расстояние между ними. Кордия нырнула за стул и вцепилась пальцами в его спинку, будто он мог защитить ее от той бури, бушевавшей в душе, и от человека, которого она любила больше жизни.

— Дор, будет лучше, если ты уйдешь, – сказала Кордия, глядя герцогу в глаза.

Вместо того, чтобы подчиниться, он еще ближе подошел к королеве. Теперь их разделял только стул.

— Чего ты боишься, Кордия? – тихо спросил Дор. Она подняла глаза и их взгляды встретились.

— Себя, – прошептала Кордия. – Нас.

— Я никогда не сделаю того, чего тебе не хочется.

— Знаю. Но я не хочу обманывать Лейфа. Ведь предавая его, я предаю в первую очередь себя и тебя. В любви за чужой спиной нет ничего честного. Я верю в это, я желаю следовать этому, а ты…

— А я мешаю тебе быть правильной, – улыбнулся Дор.

— Испытываешь мою добродетель, – сказала Кордия, чувствуя, как напряжение между ними рассеивается.

— Я не дам тебе потерять голову, – проговорил Дор, и его пальцы коснулись костяшек ее правой руки, на которой не было перчатки. Она вздрогнула от его прикосновения, и ее щеки запылали. – Я всегда буду защищать тебя, какую бы роль ты ни исполняла и с кем бы ни была. Просто позволь мне быть рядом.

— Даже от меня самой?

— Ты не сделаешь ничего дурного, я в этом не сомневаюсь.

— Я люблю тебя, Дор, – с трудом сдерживая слезы, произнесла Кордия.

— Ты вся моя жизнь. Мы встретились, и это уже очень много для нас. А будущее… Никто из нас не знает, каким оно будет.