Книга В паутине предательств, страница 137 – Адриана Максимова

— Ты еще многого не знаешь, Черный герцог! – с ехидством бросила Нола. – От твоей Аталаксии уже ничего не осталось! Эта крепость – твой маленький рай, где ты еще можешь позволить себе мечтать о победе. Города, которые ты считал своими, полыхают в огне.

— Это ты убила графа Рейского? – спросил Дор. Губы Нолы тронула усмешка, и она несколько раз кивнула. – Он не захотел играть в твою игру?

— Граф всегда был ненадежным игроком, – поморщилась Нола. – Никогда не доверяла ему! Да, он ненавидел Дамьяна и хотел перемен, но эта непонятная привязанность к тебе… Все испортила. Я видела, как он метался после вашей встречи и готов назвать имена всех, рискует своими жизнями, чтобы избавиться от тирана.

— И открыть дверь для нового.

— Будущее всегда перспективнее прошлого.

— Вражеские солдаты на твоих землях – это перспектива? Ты думаешь, после того как ты помогла им, тебя будут уважать, к тебе останется доверие? Предателей никто не любит, Нола!

— Не все так просто, – сказала Нола. Она немного успокоилась, грудь вздымалась реже, а в голосе появилась жесткость. – Аталаксия слишком многим поперек горла, чтобы не спланировать ее поражение. Столько всего происходило у тебя под носом, а ты даже не понял! Мятежи, которые не удавалось подавить, неурожаи – думаешь, это само по себе случилось? План захвата территории – это долгая история. А сейчас все сошлось в одной точке! И даже если я этого не увижу, династия Дронтов падет, и даже памяти о них не останется!

— Я думал, ты умнее, Нола, – с сожалением произнес Дор.

— Ты был единственным из Дронтов, к кому у меня не было ненависти. Но сейчас я вижу, что ты такой же, как и все они! – с презрением бросила Нола.

— Мне нужны имена тех, кто выступает против Аталаксии, – двинувшись к девушке, хрипло проговорил Дор. Глухая ярость разлилась в его душе, придав ему сил. Нола увернулась и попятилась к окну. Он пяткой захлопнул дверь, на тот случай, если она решит бежать.

— Ты их знаешь! У кого Дронты в свое время отобрали выход к морю? Его жаждут вернуть! И торговые пути! А спорные территории? Самые лакомые, самые стратегически важные…Думаешь, это не стоит того, чтобы планировать свою победу шаг за шагом, тратить на это годы, чтобы добиться результата?

— Для этих людей – да. Их я могу понять, но тебя – нет. Аталаксия – твоя земля, ты здесь родилась и выросла.

— Дело не в земле, а в людях, которые ей управляют. И, если уж быть честной до конца, Аталаксия давно превратилась в болото по сравнению с другими! Вот ты сам… что сделал, чтобы жизнь здесь стала лучше? – запальчиво произнесла Нола. Дор понял, что ему нечего на это ответить. Дамьян всегда был против прогресса, считая самобытность важным отличием от других. Он снова посмотрел на Нолу. Нужно было принимать решение: у него не было времени разговаривать с ней всю ночь. Тем более ему не хотелось, чтобы их застал Лейф.

— На что поспорил Дамьян с графом Рейским? – спросил Дор, прикидывая, как будет лучше убить Нолу.

— Не догадался? А это был такой простой спор! – внимательно следя за каждым его движением, медленно проговорила Нола. – На корону. Рейский сказал, что, если сумеет вернуться и снова встретиться с его величеством, тот должен будет отдать ему свою корону, потому что он подойдет идеально: ведь Аталаксией правят живые мертвецы.