Книга В поисках королевы, страница 35 – Адриана Максимова

Спал герцог плохо, и ему снилось, как некто вонзает ему нож в спину и ледяным шепотом произносит:

— Ты знаешь, за что.

* * *

Пока они шли к Йене, Лейф с равнодушным видом выслушал рассказ Дора о ночном происшествии.

— Я бы проверил эту милую леди Сильвану, – сказал Лейф, когда Дор замолчал. – Уверен, что она любовница Севера и готова помочь ему во всем.

— Помимо нее во дворце есть его люди, – заметил Дор.

— Согласен. Но о Сильване мы тоже ничего не знаем. Может, она сильная чародейка и ей ничего не стоило убить этого мужика и принести тебе череп в подарок. А Южану послать для отвода глаз.

— Вполне.

— Ну, и Север не единственный человек, который тебя ненавидит, – сказал Лейф. – Не забывай об этом.

Они вошли в покои, где теперь жила Йена. Она сидела на высоком стуле, и вокруг нее суетилось две девушки, причесывая ей волосы. В кресле напротив читал книгу Сабола. Одетый в черное, сильно исхудавший, он был похож на старика. На висках появились темные пятна, глаза стали бесцветными, и Дор не мог отделаться от ощущения, что он серьезно болен.

Йена сползла со стула и поспешно сделала реверанс. Сабола, отложив книгу, рассеянно наблюдал за ней.

— Йена, мы должны серьезно поговорить, – строго произнес Лейф и, обернувшись, посмотрел на Дора. Тот знал, о чем пойдет речь, и чувствовал себя очень неловко. – Твоя мама очень хотела, чтобы мы защитили тебя, поэтому отныне твоим кровным отцом считается герцог де Брата, а матерью маркиза Альба де Плессир.

— Нет! Альба чудовище! – крикнула Йена, и в ее глазах вспыхнул страх. – И у меня никогда язык не повернется назвать ее мамой!

— Тебе и не придется, – сказал Дор. – Альба мертва и больше не причинит никому боли.

— Но так нужно говорить другим людям, – терпеливо объяснил Лейф и протянул ей несколько листков, исписанных мелким почерком. – Ты должна выучить это наизусть. Здесь твоя история, и ни у кого не должно возникать сомнений, что это правда.

— А ты действительно мой брат? – с недоверием взяв бумаги, спросила Йена, глядя на Лейфа.

— К сожалению.

— Он имел в виду, что переживает за тебя, – сказал Дор, заметив, как вытянулось лицо Йены.

— Пожалуй, – сухо подтвердил Лейф, не сводя глаз с сестры. – Ты все поняла? Твоей прошлой жизни не существует. И ты никогда, никогда и никому не обмолвишься о ней. Обещаешь?

— Да.

— Если проговоришься, то Дор погибнет, – понизив голос, сказал Лейф. – А следом и я. Ты ведь не хочешь этого?

Йена покачала головой и шумно сглотнула. Она стояла бледная, прижимая к груди исписанные листы, и была похожа на призрак.

— А кто мой настоящий отец? – срывающимся голосом спросила она.

— Мы не знаем, – сказал Дор.

— Мне нужно теперь всегда называть тебя отцом?

— Нет. Достаточно это делать на людях или в разговорах.

— Хорошо, – медленно проговорила Йена. – Хорошо.

— Мы все выучим и отрепетируем, – заверил Лейфа Сабола. – Йена не подведет вас.

— Все останется на твоей совести, – бросил ему Лейф и, положив документ о происхождении Йены на стол, вышел из покоев сестры.

— Что ж, – сказал Дор, протягивая Йене руку. – Добро пожаловать в семью, герцогиня де Брата.

Йена кивнула, на щеках выступил нежный румянец, но губы были плотно сжаты.

— Тебе не о чем беспокоиться, Дор, – сказал Сабола. – Иди, у тебя много других дел; я же вижу, что ты спешишь.