Книга Изменил, Сибиряк? Признавайся!, страница 52 – Елена Архипова

Марьяна ничего не ответила. Она просто прильнула к нему, уткнулась лицом в плечо и почувствовала, как его руки сомкнулись вокруг неё – крепко, надёжно, так, что весь мир мог рухнуть, но здесь, в этом кольце, было тихо и безопасно.

— Марьяш, а в Сибирь со мной поедешь? Хочу познакомить тебя со своей дочерью и внуками. Любаша с Саввой давно зовут. Но я не хочу без тебя туда лететь. Не смогу вновь оставить тебя тут одну. Полетели, а? Хотя бы на несколько дней, там маленькие дети, у них зубки режутся, отдохнуть вряд ли получится, но это мои внуки и…

— Сколько им? – перебила вновь, улыбаясь.

— Пять с половиной месяцев.

— Двойняшки?? – ахнула.

— Да. Агния и Михаил.

— Поеду. В Сибирь с тобой поеду, Сибиряк. Хоть завтра. Но у меня тут тоже код “красный”. Срочно нужна твоя помощь. Если ты сейчас же не дашь мне допуск к своему шикарному телу, я умру.

— Кто я такой, чтобы отказывать тебе, тигрица моя? – рыкнул в ответ, впиваясь в её губы новым поцелуем и нашаривая пуговки на её платье.

Глава 22

Сборы были почти закончены. Чемоданы уже стояли в прихожей, а Марьяна в сотый раз перебирала в уме список непредвиденных ситуаций, которые, по ее мнению, могли случиться, пока её самой тут не будет.

На самом деле она думала о другом: о Любаше, о Савве, о двух малышах, которые, кажется, вот-вот научатся сидеть. Она слышала, как Любаша отцу по громкой связи и показывала, и рассказывала об этом.

Ну и, само собой, думала о том, как она, женщина, вошедшая в жизнь Михаила всего два месяца тому назад, будет смотреть в глаза его дочери.

Лично. Потому что по интернету Миша их уже познакомил. Почти сразу же.

Они и съехались с ним тоже почти сразу.

— Марьяш, мы люди взрослые, и уже добрая половина жизни прожита. Мной так точно, поэтому давай не будем хороводы хороводить, а? Свидания и романтику я тебе устрою, тут ты не сомневайся! А вот спать без тебя я уже не могу. Не высыпаюсь, ору на Цербера, на Виталину, на всех подряд, потому что злюсь, что не видел тебя утром. Меня не жалеешь, так хоть всех остальных пожалей, а?

Марьяна, увидев глаза брошенной собаки, сдалась. Но поставила условие:

— Ты переезжаешь ко мне. Я эту квартиру под себя обустраивала. А у тебя там мужская берлога – металл и камень.

И он уступил своей тигрице. Пока уступил. А сам понял – пора строить дом. Большой, просторный и обязательно чтоб на берегу реки. Он построит, а обустройством пусть Марьяша сама занимается. Делает там всё, как ей нравится, тем более что уж в этом она как никто другой разбирается.

Перевез вещи на следующий же день, а еще через неделю сделал ей предложение, подарив изящное кольцо с розовым бриллиантом, сказав:

— Свою женщину надо быстро присваивать, пока её другие не увели.

Она, правда, увидев это кольцо, от испуга спрятала руки за спину и попросила дать ей время “на подумать”. А на следующее утро проснулась с кольцом на пальце. Обнаружила она это, лёжа в кровати, резко развернулась к Михаилу, чтобы спросить его об этом, но была сбита с толку горячими поцелуями и утренним сексом. После таких уговоров все умные мысли и правильные слова из её головы куда-то делись.

И вот сегодня они с Мишей летят к его родным. В качестве жениха и невесты.

Ох, и почему ж ей так страшно-то, а?

Телефон, лежащий на столе, завибрировал. Марьяна вздрогнула, а увидев на экране имя подруги Алины, с облегчением выдохнула. Та была единственным человеком, перед которым ей не нужно было притворяться.