Книга Доктор, мое сердце в твоих руках!, страница 15 – Рина Фиори

— А что это за документы? Покажи! — Рита делает шаг ко мне.

— Не твое дело, — отрезаю, стараясь говорить как можно тверже.

— Ах, не мое? Ну, тогда я сама посмотрю!

Она пытается выхватить бумаги из моих рук, и мы начинаем бороться. Я отталкиваю ее, но она хватает меня за халат. Пуговица отрывается и летит в угол.

— Вот видишь! — торжествующе восклицает Рита. — Я же говорила!

Я в отчаянии прикрываю грудь рукой. Господи, да когда же это закончится?

— Ты… ты… — заикаюсь я, не находя слов.

— Теперь я тоже здесь работаю, — объявляет сводная, растягивая губы в подобии улыбки, слишком натянутой, чтобы быть искренней. — Добрые люди помогли устроиться.

Добрые люди? Да кто бы сомневался. Я поджимаю губы, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

Нет, я не позволю ей увидеть мою слабость. Делаю вид, что увлечена монитором, но краем глаза наблюдаю за сестрицей. Она осматривается, словно завоевательница, покорившая новую территорию.

— И что ты собираешься делать? Стоять здесь и пялиться на меня? — спрашиваю, стараясь не сорваться на крик. — Это входит в твои обязанности?

— Вот еще! — фыркает, — мне подыскали местечко в регистратуре. Но имей в виду, я буду следить за каждым твоим шагом, — Ритка хихикает, довольная произведенным эффектом.

В этот момент я готова на все, лишь бы она замолчала и ушла. Но знаю, если дам слабину, она только больше распоясается.

Рита уходит, хлопнув дверью напоследок.

Боже мой, какой позор… Что Соколовский обо мне подумает?

Босс выходит из-за ширмы. Выглядит задумчивым. Словно собирается с мыслями. Что он вообще думает обо всем этом цирке?

А может, ему просто все равно? Хоть бы так оно и было.

— Принимайся за работу, Лоя, — произносит сдержанно. Ни слова о нелепом происшествии с моей сестрой.

Я краснею, как школьница. Хочется убежать и спрятаться. Но нужно работать.

— Если позволите, я отлучусь на пару минут, — встаю из-за стола, придерживая халат на груди.

Мне срочно необходимо пришить пуговицу.

Босс кивает.

Я срываюсь и убегаю в сестринскую. Нахожу иголку с ниткой, пришиваю несчастную пуговицу скорее.

Возвращаюсь, когда в кабинет уже входит первый пациент.

За работой день пролетает незаметно.

На удивление, Соколовский не говорит ни слова насчет утреннего инцидента. Просто работает, как ни в чем не бывало. Немного отстраненный и очень… профессиональный.

Правда, иногда я ловлю на себе его взгляд.

Взгляд, который заставляет мое сердце биться чаще.

Конечно, не обходится без визита двух наглых особо. Сначала Ритка приходит с тортом, мол, проставляется за первый рабочий день.

Потом Настя — с бутылкой шампанского. У нее, видите ли, именины. Не день рождения, а именины, ага.

Разумеется, ничего из этого ни я, ни босс, употреблять не стали. А вот пирожные, которые принес благодарный пациент, съели с удовольствием.

Ночью я снова в ординаторской. Хотела пойти домой и поговорить с матерью и отчимом, но пришлось задержаться на работе допоздна. Завтра какая-то комиссия, и старшая медсестра к вечеру принялась гонять всех и в хвост, и в гриву.

И я даже не подумала рисковать, ведь знаю: в такое позднее время меня на порог дома после вчерашнего скандала точно не пустят.

Немного узкий диван кажется мне раем после вчерашней лавочки. Закрываю глаза и пытаюсь заснуть. Не получается.