Книга Семь разгневанных богинь, страница 45 – Наталья Андреева

«Сегодня?» – вопрошала Полина, сопровождая свой вопрос добрым десятком эмодзи. У Снегина зарябило в глазах.

«Момент подходящий», – отвечал Антонов. В отличие от невесты, смайлики и эмодзи он игнорировал. Полина старалась за двоих.

— А что, если это шифр? – задумчиво спросил Снегин, нюхая мазь. Она была цвета йода.

— Ты слишком высокого мнения об умственных способностях моей сестры, – фыркнула Алла.

— Выходит, Антонов был в курсе, что его будущий тесть едет сюда.

— Выходит. Ты губу-то мажь.

— А она не красится, мазь эта? – с опаской спросил Снегин.

— Если и красится, то что?

— Я, между прочим, от зеленки отказался не затем, чтобы йодом сейчас вымазаться!

— Какие мы капризные! Дай сюда! – Алла отобрала у него мазь и сама принялась наносить ее Снегину на верхнюю губу.

Он поморщился:

— Но что Полина имеет в виду? Какой момент? Я встретил здесь Дергача. По твоим словам, мать собирается за него замуж. Но Антонова нет. А ведь и Полина замуж собирается. Так где же ее жених?

— И в самом деле странно… Готово! Зеркало дать?

— Обойдусь, – буркнул он и вновь принялся изучать смайлики Полины. – Но они ведь переписываются?

— Мне каждый день надо лезть в гаджет старшей сестры? Это не так-то легко.

— Будем надеяться, что она проболтается… Мне на конеферму надо.

— Нет проблем. Вася отвезет.

— Мне надо с твоей мамой и Полиной.

— Мама туда и близко не подойдет. Она с того дня на лошадей смотреть не может.

— Хотя бы Полина. Мне важна ее реакция. Есть шанс затащить ее вместе с нами на катер?

Алла молчала.

— Ты думаешь, что я тоже на нее запал? – сообразил Снегин.

— А что я должна думать?

— Эти ее эмодзи. И послания Антонову в день, когда убили отца. Возможно, это Полина невольно подала сигнал. А что, если она проговорится? Или еще как-нибудь себя выдаст?

— Полина в роли убийцы? Она, конечно, самовлюбленная эгоистка, но и папу она по-своему любила. А вот Антонова вряд ли любит. Я, во всяком случае, ничего такого не замечаю.

— Но она за него замуж собирается!

— Онегин, я иногда думаю, что это всего лишь игра.

— Не называй меня так! На работе достали!

— Извини, вырвалось. Полина с семи лет играет в замужество. Ей важен процесс. Выбор платья, обручальное кольцо, список гостей. Лучше, чем Антонов, ей никто никогда не подыгрывал. Вот она к нему и привязалась. Она в таком состоянии вот уже года два. Мне кажется, что сестре на самом деле вовсе и не хочется замуж.

— Но Антонову-то хочется на ней жениться!

— Отношения узаконить?

— Не только.

— Если ты о сексе, то все давно уже случилось, – равнодушно сказала Алла.

— А ты откуда знаешь?!

— Ты думаешь, сестренка удержалась? Конечно, похвасталась. Я-то уже женщина, а ты, Алка, соплячка. Может, она хотела объявить, что беременна?

— По эмодзи этого не скажешь. Бебика нет.

— Пожалуй… Ладно, сделаю тебе приятное. Полина отчаянно скучает, а Антонов исчез. Мать, бабушка и тетя Катя по отцу убиваются. Съемок нет. Кинопроизводство вроде как застопорилось. Да и Полина не Сара Бернар. Она вот уже три дня не знает, чем себя занять. Наверняка будет тебе глазки строить. Соблазнять. Переспала со старпером и вообразила, будто она роковая женщина, – фыркнула Алла. – Но если ты только посмеешь…

— Да не нравится она мне! Я убийцу ищу!

— Об этом надо орать?