Книга Шампанское было лишним, страница 65 – Наталья Андреева

Словно услышав его мысли, Андрей Петрович посмотрел на бутылку с мутной жидкостью, и лицо его расцвело:

— А может, того? – он щелкнул по кадыку. – За знакомство?

— Я не пью, – Снегин еле сдерживался.

Его преследовал злой рок.

— Закодированный? – сочувственно спросил Андрей Петрович. – Или болеете?

— А просто непьющих людей что, не существует?

Хозяин смотрел на него озадаченно. Похоже, в круг его знакомств такие люди не входили.

— Расскажите мне о девушках, – вернул его на путь истинный Снегин. – Вы упомянули, что одна у вас как-то пряталась. А причина?

— Избил ее Пашка. Ломалась, видать. А он этого не любит.

— Подробности?

— Дело было ночью. Сплю я, значит, и вдруг чую – в дверь барабанят: пустите меня, пожалуйста! А дверь-то у меня не заперта. Чего тут красть? Смотрю – влетает. Симпатичная такая. Только трясет ее. Сразу видно: не в себе девка. «Можно у вас переночевать? – спрашивает. – Я боюсь с ним оставаться». А мне жалко, что ли? Вон, кровать за занавеской, – Андрей Петрович кивнул на дырявую ситцевую шторку, за которой, похоже, была каморка.

— С чего вы взяли, что Паша-сосед девушку бил?

— Так она сама сказала. Плакала. В баре, говорит, я работаю. А Пашка владелец. Позвонил, сказал – приезжай. Баба его опять на юг укатила вместе с детьми. Перепил, видать. Бузить начал. Девчонка мне подробностей, понятно, не докладывала. Кто я ей? Поревела и спать легла. А утром на автобус пошла. К Пашке больше не заходила. Только я потом опять ее в окно увидел. Уломал, видать, Пашка-то. Или заставил. А может, денег много дал. Я же говорю: олигарх. А девкам что сейчас надо? Денег побольше. Пусть хоть сволочь, лишь бы богатый, – Гнедой брызгал слюной от негодования, явно жалея, что он не богатая сволочь. Поэтому и женской руки в доме не чувствуется.

— И часто к нему девушки приезжают?

— Не то чтобы часто. Он ведь женатый. Баба у него злющая. У ней особо не забалуешь. С другой стороны, и Пашка мужик еще не старый. И при деньгах. Она ведь его детьми повязала. Как же! Сынок, наследник. И дочка. Но дети детьми, а природа природой. Оно и понятно: девчонки, которые к Пашке приезжают, когда бабы его нет, все молодые, симпатичные, а она – колода. Во! – Андрей Петрович расставил руки, чтобы показать, насколько необъятна супруга соседа.

— А как звали девушку, которая у вас пряталась? – спросил Снегин без особой надежды. – Или она не сказала?

— Почему не сказала? Нина.

У Снегина екнуло сердце: Анжела! Выходит, она здесь бывала, и не раз? Однажды Танжеров ее избил. У них были отношения.

— Ну а другая девушка? Вы сказали: душевная.

— А, Лариса. Эта да. Простая девка. Как-то зашла и говорит: «Что же ты в такой грязи живешь? Прямо как бомж. Давай хоть белье постельное возьму постирать».

— И?

— А чего его стирать? Белье как белье.

— Лариса часто заходила?

— Бывало. Жалостливая она. Поесть приносила. Выпивку. У Паши этого добра – вагон! «Я, – говорит, – передохну немного, пока он задремал».

— У соседа дом – три этажа. Почему же она к вам приходила отдыхать? – подозрительно спросил Снегин.

— Он не больно-то разрешает своим девкам по дому разгуливать. Жена может заметить, что без нее чужие ходят. Домработница, Галька, прибирается, конечно, после этих гулянок. Но за всем не уследишь. Поэтому Пашка девчонок дальше первого этажа не пускает. Это мне все Лариса рассказала.