Книга Шампанское было лишним, страница 122 – Наталья Андреева

«Потому что он понятия не имеет, ни где вторая половина денег, ни куда делась машина. Паша-Тяж ее только в окно и видел, у соседа на участке. И то если разглядел среди всякого хлама».

Мужики в заляпанных спецовках таращились на парня из московской полиции, как на чудо. Чего надо-то?

— Вы машины разбираете? – аккуратно спросил Снегин.

— Здесь вообще-то автосервис, – хмыкнул кудрявый черноглазый парень, явно остряк. – Разбираем, собираем, чиним. Можем «мерин» переделать в «Кадиллак». Или девушкин джип, – остряк покосился на Аллу: понравилась.

— Ну это ты загнул, – осадил его тот, что постарше. – Не, в «Кадиллак» не можем. В «Роллс-Ройс». Ручная сборка гарантируется.

— Мне «Кадиллак» не нужен и «Роллс-Ройс» тоже. – Снегин бродил среди развала запчастей. И вдруг заметил нечто цвета беж. И слегка поддел ногой: – А это что?

— Это? – мужики переглянулись и заржали. Мент-то, похоже, чайник. – Это, гражданин капитан, капот!

— Обращайтесь ко мне, пожалуйста, «товарищ капитан», – невозмутимо сказал Снегин. – Или по имени: Евгений Юрьевич. Капот, значит. А чего он такой ржавый?

— Так это старый капот, товарищ капитан Евгений Юрьевич, – ехидно сказал остряк.

— А зачем он вам?

— А нам тут многое незачем.

— И давно у вас именно этот капот?

Механики переглянулись и оба пожали плечами:

— Да кто ж его знает.

— А не поможете его вытащить? – и Снегин первым вцепился в капот, пытаясь извлечь его из горы других железяк. О машинах он и в самом деле представление имел смутное: из чего они состоят. Но теперь придется учить матчасть, раз Алле пари проиграл.

Когда проржавевший капот лег перед ним на бетонный пол, Снегин задумчиво обошел по часовой стрелке подозрительную деталь интерьера. Похож. Неужели это все, что осталось от бежевой «Лады»?

— А что это было? – уточнил он у мужиков.

— Это была машина, – важно сказал остряк. – Скажу больше: это была старая машина.

— «Жигули» это были, – тяжело вздохнул его напарник. – Только в утиль и годится. И в самом деле: чего гараж захламлять? Надо собрать весь этот мусор – да на свалку.

Снегин не стал опровергать слова механика. Потому что уже прикинул. Если доказать, что сообщником Ларисы был Владимир Воробышек, то адвокат Танжерова обретет второе дыхание. И будет напирать на состояние аффекта. Так что фифти-фифти. Все зависит от судей. Поверят они Паше или нет. А скорее не поверят, если осмелевшие консуматорши, которых Паша звал на «грядки», расскажут о позорном «праве первой ночи». Да еще и Нина поведает, как хозяин бара ее избил. А Гнедой это подтвердит. Тогда Паше крышка. Среди судей наверняка будут женщины, и они сразу проникнутся к Танжерову антипатией вне зависимости от того, грабил он курьера или нет.

Снегин вдруг вспомнил, как Лариса навалилась спиной на дверь, закрывая его от пули. Вспомнил, что у нее осталась маленькая дочка. Танжеров сволочь. И мстительная сволочь. А если всех денег так и не найдут? Паша рано или поздно доберется до Ларисиной мамы и дочки. Если Снегин вычислил Воробышка, то и Танжеров может вычислить. Оставшись на свободе, он начнет докапываться: кто же подельник?

Нет уж, пусть сядет. И надолго. Заодно охолонет. А то поверил в свою безнаказанность и вседозволенность. С барами явно не чисто.

«В конце концов, это дело МУРа. А я вернулся на прежнее место работы. И мое мнение никому не интересно. Равно как и моя инициатива, которая, как выяснилось, наказуема».