Книга Восемь мстительных богов, страница 17 – Наталья Андреева

У отца имелись две сберкнижки, одну он с гордостью показывал друзьям. Вот, мол, глядите, сколько записей «снято», а сколько «получено». Своими деньгами дыры на стройке закрываю. А что квартиру от государства получил, да еще в «сталинке», так это за заслуги перед отечеством. Днюю и ночую на объекте. Жена меня почти не видит.

Но была у Зуева-старшего и вторая сберкнижка, оформленная на жену. Которая понятия не имела, сколько там денег. Расписывалась, где велели, и вопросов никогда не задавала. Не положено. Мать Егора работала редко, то уборщицей где-нибудь, то вахтершей на вредном производстве, чтобы стаж шел и льготы капали. Но чаще сидела дома. Забитая, необразованная, для нее был один бог – ее муж.

Он устроил и квартиру в Москве, и дачку в пригороде отгрохал, и очередь на «Жигули» как-то быстро подошла. Стенка, ковры, хрусталь, – все в доме имелось. Какие вопросы? А что выпивает… Так ведь мужик. Прораб.

…В тот день ничто не предвещало беды. Всеволод Зуев с утра отправился на объект. Строили мало, время было непростое, все только начиналось для желающих вложиться в московскую недвижимость, но вдруг подвезли кирпич. И прораб Зуев решил лично проконтролировать отгрузку, авось что и к рукам прилипнет. Кирпич ведь!

— Майна! – счастливо проорал Зуев крановщику, успев оценить кирпич. Красный. Печку из такого класть хорошо. Если загнать – то на дачи.

И тут не выдержал хлипкий поддон: развалился на глазах. Кирпичи посыпались вниз на промороженную землю с пока еще большой высоты, как боевые гранаты. И их осколки мигом разлетелись в разные стороны. В Зуева их попало немало, этих осколков, а один – в голову. В висок. Умер прораб мгновенно, приехавшему на «скорой» врачу осталось только констатировать смерть.

Зато мастер участка хоть и сумел отмазаться, но посчитал себя пожизненным должником вдовы прораба Зуева. Этот долг и стребовал Егор. Мастер вдруг резко пошел в гору, стал новым русским, почти олигархом. Когда Егор вернулся из армии, он знал, к кому пойти. И не прогадал.

Его взяли на работу в бурно развивающуюся строительную фирму, закрыв глаза на отсутствие образования. Егор учился на ходу. Деловая хватка у него была от бога, незаурядные организаторские способности отметили еще в школе, та же классуха. Поэтому Зуев недолго был на побегушках. А там и папина тетрадочка подоспела.

Егор подозревал, что у отца была заначка и помимо сберкнижки, деньги на которой сгорели в павловскую реформу, как и у всех. Но не мог прораб Зуев ограничиться вкладом и наличкой. Советскими рублями. Должно быть и золотишко.

Бывший мастер участка спорить с Егором не стал.

— Ты молодец, – похвалил он. – Сообразительный, проворный. Долг твой списан. О большем не проси. Я все ждал, сразу не хотел тебе папино богатство отдавать. Все правильно: был общак. Но те времена прошли, Егор. Все похерили вместе с СССР. Отныне мы деловые партнеры. Буду тебе помогать, не деньги в бизнесе ценятся, а связи. Но если посмеешь дорогу мне перейти, на бабки кинуть или подставить – не обессудь. Урою. Ты еще щенок, хоть и хищник от природы. Усек?

Егор усек. Матерый волк был Зуеву тогда не по зубам. Два альфа-самца не могут находиться в одной стае, поэтому надо отколоться. И стая нужна своя. Благо поле непаханое: наступили обильные нулевые. С их знаменитым девизом: «У кого нет миллиарда, могут идти в жопу!» Того, кто это сказал, публично осудили, но втайне нувориши типа Зуева считали так же.