Онлайн книга «Восемь мстительных богов»
|
— Ага, – передразнил его следователь. И дал отбой. Вот и все. Дальше рутина. Осталось с Карловичем разобраться. Глянуть, насколько он держит слово. * * * Он во всем винил Егора, и только его. Потому что, увидев окровавленного матроса, почти пацана, чья правая рука была раздавлена тросами, Первак невольно подумал о своем давнем сопернике: а как бы поступил он? Взял бы ответственность на себя или устранился? Ответ очевиден. Парень был виноват в случившемся сам, не соблюдал технику безопасности. Зеленый еще, рейс если не первый, то второй или третий. Откуда опыт? И пацан стал жертвой рыболовного трала. Металлические тросы перекрутили мягкие ткани руки, большой палец был оторван моментально, указательный висел на куске кожи, а мышцы предплечья измочалило. Первак тогда отправился в рейс судовым врачом на сейнере-траулере. Других вариантов не предложили, а Остап не колебался: лишь бы не в Москву. И случился тот роковой рейс. Капитан сразу прервал промысел и решил вызвать вертолет. Транспортировать юного матроса в ближайший порт, и там уже пусть опытные хирурги решают, что с ним делать. Но погода была плохая, состояние моряка тяжелое. Да и с транспортом ситуация сложная. Траулер принадлежал частной рыболовецкой компании, а они в первую очередь деньги считают. Первак был уверен, что спасает парню жизнь, когда решился на ампутацию. Прямо на борту судна. Матрос находился без сознания от болевого шока и согласия на операцию дать не мог, а капитан угрюмо сказал: — Делай как знаешь, конечно. Ты, Ося, врач. Но я бы подождал вертолет. А Первак уже почувствовал кураж. Егор ни минуты не колебался бы. Вот она, возможность совершить подвиг в стиле Зуева! Операция прошла, на взгляд Остапа, успешно, жизнь парня была спасена. Кровотечение остановлено, гангрены удалось избежать. Каково же было удивление Первака, когда через несколько месяцев матрос подал в суд! Двадцатилетний парень остался без руки и во всем винил судового врача! Говорили же ему: вызывай вертолет! На берегу, в больнице, руку спасли бы! Первак – врач общей практики, а не хирург. Так какое право он имел так поступить?! А дальше потянулось долгое судебное разбирательство и куча экспертиз. Какова была вероятность, что вертолет не прилетит или его придется долго ждать, насколько виноват капитан, что не настоял на своем, а насколько судовой врач. Показания свидетелей, рыдающая на трибуне мать моряка, его негодующая девушка в зале, на первом ряду. В итоге Первак лишился лицензии и возможности практиковать. Срок ему дали условно, но приговор был вынесен! Виновен! «И зачем ты полез?! – корил он себя. – Не вмешался бы, все спихнули бы на капитана. Но резал ты! Ты и виноват теперь!» Пришлось вернуться в Москву. Благо Зуев наконец достроил дом, и Ося уже не рисковал столкнуться с Зоей у лифта или у подъезда. Мать напрягла все свои связи и пристроила Осю статистиком, которому не надо заниматься непосредственно больными, работа чисто бумажная, с цифрами. Так Остап Первак лишился любимой профессии. Его ненависть к Зуеву росла, потому что Егор шел по жизни победителем. Ну невозможно было это терпеть! «Когда-нибудь я его ударю, – с ненавистью думал Первак, слушая от матери об успехах Егора. Та словно нарочно подзуживала. Накачивала. А потом и Зоя присоединилась. |