Книга Мы поем глухим, страница 147 – Наталья Андреева

— Мадам, мадам, пора! — она невольно вздрогнула: в комнату вбежала взволнованная Адель. — Барон поехал в церковь!

Александра сложила письмо, убрала его в шкатулку и встала.

— Ты уверена, что он поехал в храм, а не в порт? — переспросила она.

— Барон не такой человек, чтобы все отменить из-за какого-то восстания рабочих!

— Что ж…

По странному стечению обстоятельств они выбрали для венчания церковь Сен-Сюльпис, неподалеку от улицы Кассет. Зато им не надо было теперь ехать в сторону Лувра. Именно туда текла ощетинившаяся ружьями толпа.

Проезжая по Парижу, Александра видела, как рабочие врываются в оружейные лавки и громят их, захватывая любое оружие, какое только в них есть. По счастью, ее экипаж ни разу не остановили.

В церкви Сен-Сюльпис ее ждал барон Редлих. Он был абсолютно спокоен, только немного бледен. Пока священник венчал их, неоднократно раздавались выстрелы.

— Продолжайте, святой отец, — с неизменной улыбкой говорил каждый раз барон Редлих.

— В горе и в радости… в болезни и в здравии… Пока смерть не разлучит нас, — при этих слова они с Эрвином посмотрели друг на друга. Вновь раздался выстрел.

— Поздравьте свою жену, господин барон, — вздрогнув, сказал священник.

— А теперь едем? — спросил Эрвин, оторвавшись от ее губ. Она кивнула.

— Хорошенькое же время вы нашли для венчания, — проворчал один из толпы вооруженных рабочих, которые собрались на площади у храма Сен-Сюльпис.

Тем не менее они расступились, пропуская новобрачных к их экипажу. Среди вооруженных людей стоял Серж Соболинский. В руке у него тоже был заряженный пистолет. Пока Александра с бароном Редлихом шли к ожидающей их карете, Серж несколько раз порывался выстрелить, но рука бессильно опускалась.

— Идем! — хлопнул его по плечу один из рабочих. И запел: — Марш, марш! Пусть кровь нечистая наполнит наши нивы!

Толпа подхватила Соболинского и понесла. Все рвались на баррикады, поскольку на улицах появились конные жандармы. Некоторые под восторженные крики толпы братались с повстанцами. Невольно Серж тоже оказался на одной из баррикад.

«Может, это и к лучшему? — подумал он. — Я хотел, воспользовавшись моментом, убить женщину, которая меня бросила. Что ж… В Париже сейчас есть куда идти и в кого стрелять. Здесь, похоже, весело! Конец хандре и скуке! Сегодня счастливый день! Женщина, которую я люблю, и единственная, которую я в своей жизни любил, во второй уже раз вышла замуж. И опять не за меня. Но ведь я сам этого хотел! Я дал ей сесть на корабль там, на Капри. Мало того, я своими руками сделал так, чтобы этот корабль за ней приплыл. Я подослал к барону Редлиху месье Дидона. И вот она уезжает. Теперь уже навсегда… Вот это-то навсегдаи пугает меня. Вот чего я не могу вынести! Настолько, что готов ее убить! Но ведь есть и другой выход…»

— Марш, марш! — подхватил он припев «Марсельезы». — К оружию, граждане! Формируйте ваши батальоны!

…На этот раз их остановили. По счастью, барона Редлиха никто не узнал, к тому же Александра была так хороша в подвенечном платье, что все мужчины смотрели только на нее.

— Мы только что обвенчались, — ослепительно улыбнулась она. — А сейчас мы с мужем отправляемся в свадебное путешествие.

— Да уж! Лучше вам будет уехать, коли не хотите провести свой медовый месяц на баррикадах! — рассмеялись рабочие. — Право, не хочется отпускать такую красотку! Вы могли бы стать новым символом Парижа, мадам, коли возьмете в руки трехцветный флаг и залезете с ним во-он на ту телегу! Правда, на ней везут трупы… Так и вам местечко найдется! — барон при этих словах вздрогнул, и Александра стиснула его руку: молчи! — К оружию! К оружию, граждане! Формируйте ваши батальоны! — подхватили рабочие, окружившие их карету, походную песню. — Идем! Идем!!!