Книга Мы поем глухим, страница 104 – Наталья Андреева

Сейчас Мария Васильевна словно вернулась в прошлое. И это ее приятно волновало. Она говорила по-французски с мужчиной, который показался ей приятным. И даже немного кокетничала.

Арман Рожер сел на диван, на почтительном расстоянии от своей собеседницы.

— Садитесь ближе, сударь, я вас не съем, — улыбнулась Мария Васильевна и похлопала рукой по дивану рядом с собой. — Я не питаюсь мужчинами, в отличие от моей младшей сестры.

Он придвинулся ближе и спросил:

— Вы хотите ей досадить? А причина?

— Причина в том, что Бог и так дал ей слишком много, обделив меня и остальных ее сестер. От одной ее улыбки мужчины сходят с ума, в ней есть какой-то животный магнетизм. Сама я далека от этого, сударь, я — старая дева. В то время как я должна была выйти замуж первой, согласно нашим обычаям, поскольку я старше. Но разве онастала бы ждать? Если хотите, она отбила всех моих женихов, и не только моих! Жюли вышла замуж лишь потому, что Александрин отказалась от мужчины, который сначала посватался к ней. Но вы, месье Рожер, не вполне правы. Я не хочу ей досадить, когда не отдаю ей сына. Я просто выполняю свой долг. Потому что я уверена: со мной Мишелю будет гораздо лучше. Государь тоже так думает, именно поэтому он доверил опекунство маленького графа мне. Я действую согласно закону. А вы, сударь, должны понимать, что такое закон, и уважать его.

— Прекрасно понимаю, — кивнул Арман Рожер.

— Вы ведь не случайно поехали с ней? Я знаю свою сестру: ей сам черт не страшен. Она не нуждается в защитнике. Я помню случай, когда отец запер ее дома, а она выстрелила в него из пистолета!

— Я верю, что эта женщина способна на все, — вновь кивнул он. — Вы совершенно правы: моя миссия состоит в том, чтобы привезти графиню обратно в Париж.

— Барон Редлих ее так любит? — с интересом спросила Мари.

— Безумно!

— А вы? Я видела, как вы замерли возле ее портрета, высоко подняв свечу!

— Я смотрел не на графиню, а на брошь.

— О! Понимаю! Вас заинтересовал алмаз! Камень весьма примечательный! Однажды (это было при мне) его украли. Из этого дома, кстати. Но потом, видать, нашли. Мою другую сестру, Долли, обвинили в краже, и бедняжка от стыда утопилась. Я знаю немного, но перед своим отъездом в Париж Александрин была со мной откровенна. кое-что из семейных тайн она мне порассказала.

— Откуда у нее этот алмаз?

— Он принадлежал Алексею Николаевичу, ее покойному супругу. Господи, какой прекрасный был человек! Моя сестра его погубила, — грустно сказала Мари.

— А он как заполучил эту поистине сказочную драгоценность?

— Во время французской кампании. Была какая-то история. Вроде бы все случилось на поле брани. Граф убил французского офицера, при котором и нашел этот алмаз.

— Вот как? — месье Рожер смертельно побледнел.

— Дело прошлое, Алексей Николаевич уже год как умер. Это был, статься, единственный бесчестный поступок, который совершил этот кристально честный человек, настоящий аристократ. Сейчас таких уж нет, — тихонько вздохнула Мари. — Потому-то он и посоветовал жене избавиться от алмаза.

— Что за бесчестный поступок?

— Французский офицер перед смертью просил передать камень некой даме. Я могу ошибаться, но, кажется, моя сестра назвала именно это имя: Селеста дю Буа.

Арман Рожер еле заметно вздрогнул.