Книга И на небе есть Крест, или Ловушка для падающей звезды, страница 75 – Наталья Андреева

— Да.

— Имя, адрес, телефон? Или он в банке занял?

— Нет, у приятеля. А тебе зачем?

— Я не хочу, чтобы Эдик с семьей оказался на улице.

— Ты разве не слышал, что он сказал? — удивился Серега. — Что ты всем обязан ему, великому Эду! «Крутому барабанщику»!

— Ты не вздумай ему сказать, что я и есть настоящий Николай Краснов. Я только подражатель, понял?

— Нет. Зачем тебе все это?

— Долги отдаю, — усмехнулся Краснов. — Хотя стоило бы, конечно, его проучить. Кстати, раз уж я тебя встретил… Ты ведь хорошо помнишь тот день? — Краснов внимательно посмотрел на бывшего ударника «эНЛО».

— Какой день? — сразу напрягся тот.

— Когда Фиса… Когда она умерла.

— Столько времени прошло. — Парень нервно поправил бейдж на груди.

— Не так уж много. Ты стоял под дверью, подслушивал.

— Ну и что?

— Мужик, который только что кинул вас на солидную сумму, не случайно это сделал. То есть не случайно выбрал жертвами тебя и Эдика.

— Так ведь Эдика кинули, не меня!

— А ты разве не в доле?

— Нет, я только работаю у него!

— Твоя очередь еще придет, не сомневайся. Пока ему хватит, что ты без работы останешься. Сейчас не так-то просто найти хорошее место. А я могу помочь. Так что? Расскажешь?

— Мне нечего рассказывать, — отвел глаза парень. — Ну, стоял. Я ждал, когда вы ругаться перестанете. Я хотел с Шантелем поговорить. Ведь я играю лучше Эдика!

— Ты заходил в студию?

— Когда?

— После того, как я оттуда вышел.

— Нет, не заходил!

— Врешь.

— Почему я должен врать?

— Ты — важный свидетель. Дело закрыли, да. Но срок давности еще не истек. Тебя пытаются к стенке прижать, понял? Тебя и всех остальных.

— Да хватит меня пугать! Ушел я, понятно? Услышал шаги на лестнице и ушел! Потом снова поднялся наверх, а в студии уже народу полно.

— Пришел, ушел, снова ушел. А тебе не кажется, что это звучит бредово?

— Так же, как и твои новые песни, — нагло усмехнулся парень. — Но это тебя почему-то не смущает. И потом, если он хочет узнать правду, этот самозванец, почему он тебя не трогает? Не дожимает?

— Трогает. И дожимает. Мне как раз приходится хуже всех. Если передумаешь, позвони мне. Телефон прежний, я его не менял. Сохранился номерок-то?

— Сохранился, не переживай, — усмехнулся Серега. — Только вряд ли я тебе позвоню. А за совет спасибо: завтра же уволюсь. Пусть Эд один все расхлебывает!

— А не зря мы тебя тогда в свое братство не приняли. Словно почуяли, что ты — дерьмо. А сейчас еще большим дерьмом стал.

— Дерьмо — это твои песни.

— Адрес, — напомнил Краснов.

— Какой адрес?

— Адрес кредитора.

— Да, пожалуйста!

Серега нацарапал несколько слов на бумажке, рука у него при этом заметно дрожала. Солист «Игры воображения» засунул листок себе в карман и молча кивнул: пока. В ответ «главный управляющий» повернулся к нему спиной.

В машине Николай напряженно думал о том, где взять деньги. Он только что купил дорогую машину и пока крупной суммой не располагал. На жизнь ему, конечно, хватало, но Эдик ведь не пять копеек занял. Сумма исчисляется в десятках тысяч долларов! Разве что с Шантелем поговорить? Он тяжело вздохнул. Просить у Левы денег еще хуже, чем снега зимой. Тем более для Эдика. Так оно и вышло.

— Лева, мне нужно тысяч сто пятьдесят долларов. Наличкой.

— Зачем так много? — уставился на него Шантель.