Книга И на небе есть Крест, или Ловушка для падающей звезды, страница 63 – Наталья Андреева

— Вы о прошлом разговаривали, — Коля зацепился именно за эту его фразу. — Он что-то пытался у тебя узнать?

— Если и пытался, то как-то вяло. Что-то говорил о своей вине. О какой вине?

— Ведь Фиса умерла, — напомнил Коля. — И ты именно из-за этого от меня ушел.

— Думаешь, я поверил, что это ты вытолкнул ее с семнадцатого этажа?

— Но…

— Мы вышли из подъезда вчетвером: Эдик, Леля, я и Олег. Он очень нервничал, Олег. Все повторял: «Не хочу я завтра репетировать. И вообще ничего больше не хочу. Надо кончать с «эНЛО». Потом вдруг сказал: «Вернусь, поговорю с Французом. Чтобы завтра все отменить». И пошел обратно в подъезд.

— Ты думаешь, он мог войти в квартиру, когда я выскочил оттуда, поругавшись с Фисой?

— А почему нет? Ведь ты же не толкал ее, а, Коля?

— Я думал, что она сама выпрыгнула. Я столько ей всего наговорил!

— Да успокойся ты! Я все сказал тому парню, который воображает себя Николаем Красновым.

— Он вообще как, нормален?

— Не думаю. Не вполне. Мне, например, такое в голову не придет — воображать себя популярным певцом. Но, с другой стороны, фанатиком тоже надо родиться. Это как болезнь: хочу быть похожим на своего кумира либо вообще жить не буду. А в целом парень мне понравился. То есть для окружающих он не опасен.

— А для меня?

— Что-то случилось? Просто так ты бы ко мне не пришел.

— А не надо думать, что раз я звезда, то у меня жизнь легкая. Может, мне больше всего на свете хотелось бы оказаться на твоем месте. Любимая жена, дочка. Семья.

— А как твоя жена? Как Ева?

— Мы разошлись.

— Разошлись?! Она же тебя любит, — с сожалением сказал Леня.

— Любит, — эхом откликнулся Коля Краснов. — И Фонарина тоже… любит.

И тут в коляске заворочался ребенок. Раздалось кряхтенье, сопение, потом тоненький жалобный писк.

— Проснулась! — вскочил со скамейки Леня. — Машуня проснулась!

Его лицо мгновенно изменилось, тусклые глаза засияли. Леня нагнулся, взял сонную девочку на руки, крепко прижал к груди.

— А что это мы плачем? Что это мы, маленькие, плачем? Ты посмотри, кто к нам пришел! Да, знаменитый певец пришел, сам Коля Краснов. На этот раз настоящий. Самый-пресамый настоящий. Ах, Машуне не до знаменитостей, нашей маленькой девочке кушать хочется!

— Ну, я, пожалуй, пойду, — Коля встал, не в силах вынести Ленино сюсюканье. — Ты извини меня, Леня.

— За что?

— Надо было поздравить вас с рождением дочери. Да и без подарков я… Но я еще приду к вам в гости. Обязательно. У меня перед вами долг.

— Да брось ты, Колька! Какой еще долг? Все о’кей!

— Леле привет. Если будут какие-то проблемы, обязательно позвоните. Все-таки я звезда, — горько усмехнулся Николай Краснов. — А к звездам прислушиваются. Помогу.

— Ладно, старик. Не бери в голову. Ничего ты нам не должен.

Леня бережно положил девочку обратно в коляску и покатил ее к дому, а солист «Игры воображения» Николай Краснов направился к своей новой черной «Ауди». Первый радовался весне, солнцу, думал о том, что вечером придет любимая жена Леля и будет им очень довольна. Второй не радовался ни солнцу, ни весне, а думал только о человеке, который его преследует, вскользь о новой песне, которую так и не дописал, о глупом конкурсе двойников, об оголтелых фанатах и о том, что чем дальше, тем меньше всего этого хочется.