Книга И на небе есть Крест, или Ловушка для падающей звезды, страница 130 – Наталья Андреева

— Коленька, привет! Я сяду? — Краснов еще раз кивнул, и дяденька грузно плюхнулся на крутящийся табурет. Ну и комплекция! Еще толще Левы, хотя и господин продюсер любит хорошо покушать.

Коля, хоть убей, не мог вспомнить, как зовут мужика, сидящего рядом с ним. Поэтому безлико спросил:

— Как дела? Выпить чего-нибудь хочешь?

— Оч-чень хочу. Водочки, Коленька. Чистой. Граммчиков сто. А лучше двести.

— Закусить?

— Потом.

Коля кивнул бармену: выполняй. Тот засуетился. Краснов — это касса! Пока такие люди заходят в бар, заведение будет процветать. На стойке мигом появился графинчик с водкой. Коля молча смотрел, как аранжировщик махом опрокинул рюмку водки и счастливо вздохнул:

— Хорошо! А ты сюда какими судьбами? Работников нанимать пришел или просто гуляешь?

— Просто гуляю.

— Понятно… Прогулки, они для здоровья полезны. Значит, решил наконец узнать, какая сволочь Лева Шантель? Откреститься от него хочешь?

— Возможно.

— Тогда ты по адресу обратился! — обрадовался дяденька. — Я Левушку знаю как облупленного. Дай-ка я еще водочки выпью! Э-эх! И маслинок мне. Теперь и закусить можно.

Коля кивнул бармену и приготовился слушать.

— А я сразу понял, что ты — человек, — сказал аранжировщик, прожевав маслину. — Вот ты сидишь, думаешь: кому я обязан своим счастьем?

— Я не об этом думаю.

— Ну, не сейчас. Когда-нибудь думаешь. А ведь мне. Мне ты, Коленька, обязан. А сейчас решил: ну вот, еще один отыскался. Все норовят к чужой славе примазаться. Только я тебе правду говорю. Это я послал Леву в «Триаду». Отсюда все и началось, с этого бара. Твоя слава. Тогда Лева Шантель слушал блатную девочку, из которой собирался сделать русскую Бритни Спирс. А я ему говорю: что эта девочка, когда есть золотой мальчик. Коля Краснов. И дал Левушке адресок «Триады». Можно сказать, насильно в карман ему салфетку запихнул. Отблагодарил меня Лева… Как он, кстати?

— Нормально. Я тебе что-то должен?

— Водочки еще закажи. Не бойся, не нажрусь, — усмехнулся аранжировщик. — Тоска меня, Коленька, гложет. Называется, делай людям добро, а они тебе в душу нас…т.

Краснов взглядом показал бармену: делай, как велено. Тот налил в графин еще водки.

— Хороший ты парень, — расчувствовался собеседник. — Я не жалею, что тебе помог. В тебе и тогда что-то было. Да и сейчас ты остался человеком. А Левка — сволочь. Так что ты хотел узнать? Про его юность трудовую?

— Скажи, здесь бывает Геша? — Коля решил играть дурачка.

— Геша?

— Это звукоинженер, который помогал мне… нам с Шантелем записывать второй альбом.

— Талантливый парень, — кивнул дяденька. — Не удивляюсь, что ты опять хочешь с ним работать. Только ничего у тебя не получится. Даже если бы его не грохнули несколько дней назад, все равно Геша стал уже не тот.

— Грохнули? То есть его убили?

— Ходят такие слухи. Да ты лучше меня должен знать. Он ведь был завязан с твоим шоу.

— С моим шоу?!

— А ты разве не в курсе? Выходит, Лева опять играл за твоей спиной в свою игру. Геша хотел отхватить первый приз. Сидели мы тут с ним как-то, он меня тоже угощал. Хороший парень. Деньги у него водились. Хотя он не работал, нет. С Левой у них были какие-то дела. Геша вроде поехал с Шантелем в другой город, и там его и грохнули. Жалко Гешу. Ну, светлая ему память! Пусть земля будет пухом!