Книга Мечты, присыпанные пеплом, страница 66 – Наталья Андреева

«А ну как отравят девчонку? – с тревогой думала Анна. – Имущество Наны надо бы прибрать к рукам. Улучу момент – и отправлю потихоньку обратно во дворец Паргалы пару больших сундуков, тайник здесь надежный». Анна все время ждала подвоха: свадебная церемония у мужчин и женщин проходит отдельно, и, кроме нее, Анны, рядом с Хюмашах весь день не будет никого, кто бы за нее порадовался. Ведь это не свадьба, а нарушение вековых устоев. Ни Кёсем-султан, ни ее дочери Ибрагима не одобряют.

Они так и сидели с каменными лицами, Валиде и султанши, не притронувшись ни к еде, ни к напиткам. Всем своим видом выражая протест. Анна с тревогой следила за хасеки султана, которые могли стать для Хюмашах соперницами. Каждая из них родила падишаху сына. Особенно не понравилась Анне похожая на слониху Шекер Пара, хоть она и была родной сестрой Исмаила. Султанша была на шестом месяце беременности и едва держалась на ногах. Но не уходила, внимательно наблюдая за всем, что происходит. Глаза у нее были зеленые, как и у брата, но сейчас потускнели и спрятались в складках припухших век.

Хюмашах словно и не замечала напряжения, царящего среди женщин, особо приближенных к падишаху, резвилась и хлопала в ладоши, словно маленькая девочка, подчас забывая, что она – невеста и вести себя надо сдержанно. В один из таких взрывов задорного смеха Валиде повернулась к Турхан и что-то негромко ей сказала. Видимо, у Шекер Пара слух был чуткий, потому что она это услышала. Раздался ее сочный голос:

— Что с нее взять? Телли!

Все рассмеялись. В самом деле, еще никто не додумался обвешать не только себя, весь свой наряд, но и волосы золотыми и серебряными нитями. Султанши предпочитали солидные, массивные украшения с крупными драгоценными камнями. А в волосах корону. Символ власти. Власть же Телли была легковесной, как и украшавшие ее волосы нити – всего лишь мишура. Блеск и никакого толка. Не султанша, а игрушка. Мало того что молода, еще и глупа.

А ведь Анна ей говорила: веди себя скромнее, на балкон не выходи, людям рукой не маши, да оденься на свадьбу как подобает. Позови старух из Старого дворца, они рады буду услужить юной султанше в отместку Валиде, которую люто ненавидят.

— Говорят, что Хюррем-султан поведала как-то свой секрет: за каждым великим правителем стоит умная женщина, – громко сказала вдруг Шекер Пара. – Это позволило Хюррем до самой смерти остаться у власти. И быть главной женщиной в жизни супруга. Браки заключаются по воле Аллаха, а не только султана.

Ее услышали все. Валиде одобрительно кивнула, хоть и не любила эту свою сноху. Такая жена как Хюмашах сделает Ибрагима ничтожеством в глазах и народа, и знати. Она, похоже, единственная, кто не понял, что Шекер Пара только что выпустила в Хюмашах ядовитую стрелу. Уже вторую за сегодня. Теперь все будут звать девчонку не иначе как Телли.

Но Хюмашах была занята лишь собой. Наконец-то праздник! И сегодня у нее будет первая брачная ночь! Хюмашах так хотелось ребеночка.

На улице холодало, да и темнело в декабре рано, поэтому церемонию затягивать не стали. Никях совершили во внутреннем дворе дворца Ибрагима-паши в наступающих сумерках, свидетелями стали глава черных евнухов и главный визирь. Валиде сказалась больной и вскоре ушла с праздника, за ней последовали и дочери: Айше, Фатьма и Ханзаде. Шекер Пара тоже удалилась, сказав, что плохо себя чувствует из-за беременности. Нашла предлог, чтобы уйти и Баш-кадын, Турхан-султан – сын остался один и скучает по маме.