Книга Бунт османской Золушки, страница 86 – Наталья Андреева

— Подайте мне таз! Живо!

Ибрагим торопливо встал. Он был не готов к такому зрелищу.

— Отдыхай, Сахарок, – сказал султан и повернулся к ней спиной. Измученная Шекер Пара тут же нагнулась над тазом. Туда хлынула вонючая жижа.

Ибрагим поморщился и торопливо вышел из комнаты с твердым намерением свою новую хасеки больше не навещать. Пока она не родит. Или ей не станет настолько лучше, что прекратятся тошнота и рвота.

— Это ее Аллах наказал, – сказала валиде Турхан, сообщившей свекрови об ужасном состоянии фаворитки. – И это очень кстати. Мой сын не может долго обходиться без женщины. Что там новые девушки?

— Их ждут со дня на день.

— Прекрасно! Шекер и зеркала повсюду развесила! Думала, для себя.

Турхан рассмеялась:

— Вот будет забавно, если Сахарок своими же руками вырыла себе яму. Так ей и надо.

Утешением для Шекер Пара стали мешочки с золотом, которые прислал ей султан. Отныне ей положили большое жалованье, как хасеки. Сравняли ее в доходах с другими султаншами. Еще она получила земельный надел: Ибрагим был щедр. Пряча грамоту о дарованных ей владениях в сундук, Шекер Пара впервые за много дней улыбнулась. Но тут же помрачнела: кого султан позовет в свои покои, пока она нездорова? Надежда лишь на то, что Исмаил, отныне хранитель этих покоев, не позволит никому надолго там задержаться.

… Новость о болезни сестры застала Исмаила в момент, когда он подумал, что худшее уже позади. Отец и сестры вернулись в Стамбул, Исмаилу удалось их увидеть, когда он ходил на рынок к ювелиру. Исмаил, как всегда, был посредником между торговцем редкими драгоценными камнями и султаном, обожавшим делать своим женщинам щедрые подарки. Заодно Исмаил приглядел украшение и для Фатьмы. Теперь он осмелился вступить с ней в переписку.

«Звезды стали ближе, госпожа, с тех пор как я хранитель покоев, а не паж, которому не дозволено целовать даже ваши следы на земле. Теперь я могу коснуться губами края вашего платья, надеясь, что, когда я поднимусь еще выше, став пашой, поднимутся выше и мои губы. Мечтаю коснуться ими вашей изящной руки, которую мне довелось увидеть, когда вы пытались скрыть от меня вуалью свою красоту. Я смотрю на звезды и вижу Луну. Сияющую госпожу, которая, если тому суждено, осветит мои ночи своей любовью. Недостойный ваш раб Исмаил».

Он стоял под балконом после того, как Фатьма, которой он ухитрился сунуть в руку письмо и крохотную, но необычайно изящную брошь в форме цветка, ушла. Исмаил понимал, что рискует жизнью. «Слишком дерзко. Но она так на меня смотрит! Этот взгляд ни с каким другим не спутаешь! Она меня хочет! Если она сейчас выйдет на балкон или я хотя бы увижу ее тень за занавеской, то смелее, Исмаил! Иди до конца! Если надо будет, я влезу к ней на балкон!»

Он бросил жадный взгляд и увидел то, что хотел. Фатьма была там! Ему даже удалось разглядеть, как она прижимает к губам его письмо. Которое надо бы сжечь. Но он готов рискнуть. Шекер Пара теперь – фаворитка султана и беременна от него. Умная и хитрая женщина. Она как-нибудь это устроит: его брак с Фатьмой-султан. Сделала же она его хранителем покоев.

В этот момент до Исмаила и долетела новость, что его сестра не в силах подняться с постели. И что ее беспрерывно тошнит и рвет. «А если она не сможет выносить ребенка?» – с тревогой подумал он.