Книга Мимо открытых окон, страница 50 – Брин Гринвуд

Книга была в твердой обложке и совершенно новая, в отличие от остальных, которые он приносил мне. «Отель “Нью-Гэмпшир”» Джона Ирвинга.

— Классная книга, – кивнула я. – Спасибо.

— Ты ее читала?

— Да, когда была подростком.

— Вот черт, я не хотел дарить тебе то, что ты уже читала.

— Это неважно. С удовольствием перечитаю.

Я пролистала книгу, демонстрируя интерес, потому что для него это, кажется, было важно. Книга отличалась от других еще и тем, что Эйден подписал ее для меня: «Беатрис, которая напоминает мне о том, что я не такой хороший человек, каким мне хочется быть, и которая похожа на солнце посреди зимы. Продолжай и дальше “проходить мимо открытых окон”^[21]. Бернест».

— Я не считаю тебя плохим человеком, – возразила я.

— Хотел бы я быть лучше. Но не могу. Иначе не помогал бы Им.

Его слова навеяли на меня грусть. Я отчаянно стремилась привлечь садовника на свою сторону, причем по-настоящему, чтобы он помог мне сбежать, а не просто похимичил с интеркомом в моей комнате. Но суть была в том, что Эйден, хоть и не похищал меня, активно участвовал в удержании меня в качестве заложницы. И уравновесить эти две чаши было невозможно.

— А почему Бернест? – спросила я, сделав ударение на первый слог.

Он поправил меня, поставив ударение на второй.

— Это мое настоящее имя.

— То есть как Эрнест, но с «б» в начале? Никогда раньше не слышала такого.

— Бернест – имя более энергичное, – сказал он почти самому себе.

— Это Они нарекли тебя Эйденом или ты сам переименовался?

— Они. Бернестом звали моего деда. В детстве я ненавидел это имя, но теперь…

Я ждала подробностей, чтобы понять, каково это – получить другое имя от чужих людей, но он молчал.

— А почему мне не дали кличку? – поинтересовалась я.

— Тебя мало кто видит. Ты здесь надежно упрятана.

— Любопытно, не потому ли Исабель назвала мне свое настоящее имя? Она ведь тоже здесь упрятана. Ее же и правда так зовут, верно?

— Не знаю. Может, потому и я написал тебе свое настоящее имя. Потому что мы здесь. Далеко не худший вариант.

— Это как посмотреть. – В моем понимании хорошим вариантом было возвращение домой. – К тому я не считаю себя таким уж солнцем.

— Не скажи, – возразил он. – Благодаря тебе жизнь становится ярче. Ты не мрачная и не надломленная, как все мы.

— Просто ты не замечаешь во мне мрачности и надломленности.

— Поверь мне, солнышко, замечаю. Короче, я читал эту книгу давным-давно, и она внушила мне надежду, что однажды все наладится.

— Да, «Отель “Нью-Гэмпшир”» может обнадежить. При всех печальных событиях, которые происходят с семьей Берри, им удается преодолеть невзгоды.

— Тем, кто выживает.

— Беатрис! Можно нам еще печенья? – крикнул из коридора Нестор.

— Да, можете съесть все, что осталось, только не кричите, пожалуйста. Мину спит.

Эйден улыбнулся мне. Не фальшивой голливудской улыбкой, а искренней и потому более опасной.

— Чему ты улыбаешься? – спросила я.

— Детям с тобой повезло.

— Но повезло бы больше, будь они дома со своими семьями.

— Я имею в виду, что с тобой им легче. – Эйден опустился на колено и придвинулся ко мне, так что оказался прямо передо мной. Он собирается снова меня поцеловать? – Представь, что все это время дети были бы на попечении Бритни.

— Или Лазло и Густав «позаботились» бы о них. – Я изобразила воздушные кавычки, потому что мордовороты умели о ком-то «позаботиться» только в одном смысле.