Книга Невольница, страница 88 – Наталья Шагаева

— Прости, прости, прости, — тараторю я, оборачиваясь в простыню, выхожу из спальни. — Со мной всё хорошо. Я скоро приду.

— А ты где вообще?

— Бабуль, я приду и всё объясню.

А я не знаю, как вообще буду объяснять. Где я была, с кем?

Спускаюсь вниз. В гостиной пахнет кофе и какой-то выпечкой.

Гор курит в зоне кухни у открытого окна.

Торс у него обнаженный, но на нем хотя бы есть штаны. А моей одежды нет.

— Где мои вещи? — привлекаю к себе внимание.

— Зачем тебе вещи? — спрашивает он, оборачиваясь, осматривая меня. — Мы в доме одни. Ходи голой, — ухмыляется.

— Очень смешно. Мне нужно домой.

— Это похищение, детка, забыла? — идет на меня, а я снова отступаю. — Домой нельзя.

Настигает меня, хватает за простыню, дёргает, обнажая.

Поднимаю на него злой взгляд.

— Я серьёзно. Получил, что хотел, а теперь отпусти, — прикрываю голую грудь руками.

— И что же я хотел? — выгибает брови и ведёт пальцем по моему плечу.

— Секс.

— А, точно, секса же там нет. Пришлось проехать тысячу километров за ним, чтобы потрахаться, — иронизирует. — Детка, ты сейчас серьёзно? Выключи блондинку.

— Ну а что тебе ещё от меня нужно? — обхожу его, иду совершенно обнажённая к кухонной стойке, где стоит кружка с кофе.

— Мне нужна ты полностью, Тая. Только ты. И ради тебя я там умер.

— В смысле умер? — распахиваю глаза. — Вроде живее всех живых, — отпиваю кофе, смотря, как он обходит стойку и становится позади меня. Ставит руки на стойку, заключая меня в свой плен, и глубоко вдыхает запах моих волос.

— Я вышел из системы, на тот свет. И Гор теперь существует только для тебя. Для всех остальных он умер. Есть только Александр Городецкий, который приехал сюда на постоянное место жительства. И ему вообще ближайшие лет пять нельзя отсвечивать и покидать это место. Он даже жениться на тебе официально не может. Но обвенчается в местной церкви с тобой. Он купил этот дом для нас. Тебе нравится? Ты здесь будешь с ним жить, — целует за ухом, вжимаясь голым торсом в мою спину, я снова теряю связь с реальностью.

— Ты сейчас серьёзно?

— Очень серьёзно, детка. Гор умер ради тебя.

— Как тебя отпустил Скорпион?

— Он догадывается, что я не умер. Но делает вид, что верит, и дает мне один единственный шанс. Давай воспользуемся им, детка, — оставляет засос на моей шее. А я захлебываюсь от радости, оттого что он всё это сделал ради меня.

— Нам грозит опасность?

— Нет.

— Так, Александр! — смеюсь я, пытаясь оттолкнуть. Разворачиваюсь в его руках, заглядывая в глаза. — Сначала Александр должен просить моей руки у бабули, а уж потом венчаться, — строю ему глазки. — А она у меня очень строгая. Александр, прекратите меня лапать, я вас не знаю, — шлепаю по его рукам, которые трогают грудь. — Верните мне мои вещи и собирайтесь сами. Бабуля ждет. Будете лапать меня, когда получите разрешение бабули.

— Детка, давай завтра. Я с таким стояком не могу знакомиться с бабушками. Это неприлично, — кусает меня за нижнюю губу.

— Э, нет. Бабуля ждет. И если я не явлюсь, заявит в полицию. Оно вам надо светиться, Александр? Примите холодный душ.

Гордей

— Таисия, ты почему Александра называешь Гором? Что это вообще за обращение к мужу — Гор? — возмущается бабуля.

Да, даже она не знает, кто я такой. Для неё я Александр Городецкий.