Книга Невольница, страница 23 – Наталья Шагаева

— Расслабься, — ее губы почти касаются моего уха. — Ты же знаешь, сопротивление только усиливает боль.

Она льет на мои плечи черное густое масло, пахнущее гвоздикой, растирая его по спине. Каждое движение — игра на моих нервах. Точечные нажатия под лопатки продавливают болевые точки. Ее массаж не имеет ничего общего с релаксом. Но он реально помогает.

— Твои мышцы, как каменные узлы, — шепчет она, вдавливая костяшки в мою напряженную шею. — Каждый узел — не принятое решение, не прожитая боль.

Стискиваю зубы, чувствуя под кожей обжигающую боль. И хрипло выдыхаю, когда ее пальцы снова становятся ласковыми. Лидия тихо смеется, скользя руками ниже. Ее ногти рисуют красные дорожки вдоль позвоночника, но боль приятно растворяется в теплой воде.

— О чем ты хотел поговорить? — напоминает она мне.

— Мне нужно, чтобы ты стала очень болтливой, как ты умеешь, и разнесла информацию о том, что дочь Дыма у нас.

— Информация достоверная или… — снова усмехается, продолжая свой садистский, но лечебный массаж.

— Достоверная… — выдыхаю я, чувствуя, как боль в затылке растворяется, принося долгожданное расслабление.

— М-м-м… И как малышка Дымова? — мурлычет мне на ухо. — Много взяла от отца?

— Строптивая, — лениво усмехаюсь.

— Думаешь, у Дыма есть родительский инстинкт?

— Хочу проверить…

— Хорошо. Новость разнесется за пару дней, — прикусывает мочку моего уха. — Я знаю, где она?

— Нет, все на уровне слуха.

— Хорошо, как скажешь, дорогой. Хочешь, добавлю крапивы в масло? — ее голос становится приторный, как сироп. — Оно очистит поры… и мысли.

Отрицательно качаю головой.

В углу комнаты мерцает экран — камеры наблюдения транслируют пустые коридоры. Лидия следит за моим взглядом, ее пальцы внезапно сжимают мое горло. Несильно, но властно. Оскаливается, заглядывая мне в глаза, транслируя свой голод.

— Не сегодня, — дергаю головой, скидывая со своей шеи ее ладонь. — Зови свою лапочку. Она выносливая?

— Она очень послушная и чувствительная. Тебе понравится. Милена! — повышает голос.

Милена появляется тут же, словно ждала команды.

— Лейла, — произносит Лидия. Милена кивает, ей больше ничего не нужно объяснять. Здесь все понимают Лидию с полуслова. Она тоже грамотно манипулирует страхами. Милена уходит за девочкой для нас. В основном для меня, конечно. — Мне самой задать сценарий? — интересуется Лидия.

— Импровизация. Но ты сегодня добрая фея и смягчаешь мою жесткость, уравновешивая баланс.

— Хорошо. Я скучала по твоему зверю, хочу посмотреть. Виски, коньяк, текила?

— Не хочу, иначе потеряю контроль.

— А я здесь для чего? — мелодично смеется.

Отрицательно качаю головой.

Дверь распахивается, и к нам входит та самая Лейла.

Молодая шатенка с капелькой восточной крови и невинными глазками, опущенными в пол. Никаких блядских ремней и кожи, как у Лидии. Тонкий белый коротенький шелковый халатик, под которым она нагая. Ничего лишнего: ни украшений, ни косметики, ни чулок и туфель. Босая и уязвимая. Лидия знает, как я люблю, и всегда старается угодить.

— Нравится? — интересуется Лидия.

— Пока не знаю…

Девочка вздрагивает от моего голоса, но не поднимает головы. Послушная. Слишком послушная. Раньше мне нравилось, а сейчас… Прикрываю глаза, и вдруг возникает образ строптивой Таисии. Она боится, но все равно смотрит на меня с ненавистью и вызовом. Какой интересный спецэффект.