Книга Невольница, страница 12 – Наталья Шагаева

— Но вчера мы наглядно расставили приоритеты для твоего друга. Не смей потом оправдываться, доигрывай до конца, если, конечно, не хочешь продолжение истории с ним.

— А может, я сама пока не знаю, чего хочу, — хитро улыбаюсь, отпивая еще вина.

— Ты не похожа на девушку, которая будет троить. Я ошибаюсь?

— Нет. Давай сменим тему, — усмехаюсь, отпивая вина.

Вино реально вкусное, не понимаю, почему раньше не распробовала этот напиток. Оно начинает кружить мне голову после первого бокала. По телу растекается приятная истома, а язык развязывается. Я рассказываю о бабуле, о маме и о своей жизни в целом. Гордей внимательно слушает, даже с интересом и блеском в глазах. Ему не приходится из меня ничего вытягивать. Я слишком болтлива, что несвойственно для меня.

Сама не замечаю, как за разговором допиваю уже второй бокал.

Голова кружится, эйфория накатывает волнами. Становится жарко.

На сцене звучит какая-то сильная, эмоциональная песня живым голосом певицы. Соскакиваю с места, иду к краю балкона, чтобы увидеть певицу. Мои ощущения и эмоции на максимуме, все воспринимается слишком остро. Никогда бы не подумала, что от вина может быть такой эффект.

Гордей подходит ко мне со спины, чувствую его дыхание на волосах, аккуратные пальцы на моих обнаженных плечах. Он заигрывает с бретелькой платья, словно пытается ее скинуть, но не делает этого. Мурашки на коже становятся колючими и горячими.

Его пальцы скользят вниз по моим рукам. Ничего слишком интимного, но очень чувственно. Никогда не была настолько восприимчивой. Гиперчувствительной. Это должно меня напугать. Но почему-то не пугает. Я такая смелая и раскованная.

Гордей тянет меня к себе, заставляя спиной прижаться к его груди. Сердце бьется в унисон с музыкой, неровно, с надрывом.

— Танцуй, — приказывает шепотом, губы касаются мочки уха.

И я, как под гипнозом от его хриплого шепота, двигаюсь, потираясь о сильное мужское тело.

Его колено втискивается между моих ног, рука сжимает талию так, что ребра ноют. Это не танец… Это голый секс.

Я должна это остановить. Но вино сломало все мои барьеры.

В какой-то момент, когда я окончательно теряю себя, сильная мужская ладонь обхватывает мои скулы, запрокидывая голову.

Его губы прикасаются к моим…

Он не целует, просто замирает, выбивая почву из-под ног.

— Гордей, — выдыхаю, но он глушит мои вялые попытки сопротивления, захватывая мои губы.

Тело предает. Колени подкашиваются, в ушах звон. Последнее, что вижу, — его глаза, горящие триумфом, прежде чем зеркальный потолок клуба расплывается, мелькая огнями.

Темнота…

Таисия

За моей спиной запирается дверь. Каждый щелчок замка отдается стреляющей болью в голове. Сглатываю, останавливаясь посередине светлой гостиной. Хочется снова впасть в истерику и требовать, чтобы он меня выпустил. Но пистолет в руках Гордея резко отбивает желание истерить. Нельзя злить мужчину с оружием. Нельзя провоцировать психов. Надо делать вид, что играешь по их правилам.

— Проходи на кухню, — совершенно спокойно сообщает мне Гордей, словно минуту назад не вжимал мне в голову пистолет, не заламывал руки, которые сейчас болезненно ноют, и не угрожал прострелить колени. Поразительная смена настроения. От безжалостного зверя до снова уравновешенного мужчины.