Книга Моя девочка, страница 79 – Наталья Шагаева

— Нет, я никуда отсюда не уеду. Он проснется, а меня нет. А он  был такой испуганный и слабый, - сопротивляется  она, почти крича, прикрывая рот рукой, нарушая больничную тишину. Осторожно преодолевая ее сопротивление, тяну к ней руки, чтобы обнять, прижать к себе и хоть как- то утешить. Марина настолько устала,  что не сопротивляется мне. Позволяет обнять ее за плечи, прижать к себе. Кладет голову мне на плечо и начинает беззвучно плакать, немного подрагивая у меня в руках.

— Все будет хорошо, - тихо шепчу ей, немного покачивая. - Антошка сильный мальчик, здоровый. Перелом руки не так страшно, в его возрасте все заживет довольно быстро. Сотрясение тоже не сильное. Осложнений не будет, - утешаю ее я,  твердо веря в свои слова.

— Да.... А почему тогда врач сказал, что оставит его здесь на неделю? - всхлипывая, спрашивает она.

— Потому что это ребенок. Ему нужно наблюдение и дополнительное обследование. Все это просто для страховки и предотвращения осложнений. Так положено, - Марина соглашается со мной кивком головы, утирая ладонями слезы. Уже смелее, крепче обнимаю ее, целуя в висок, проявляя заботу. Как ни крути, за все время, проведенное с ней, она и Антон стали мне родными, небезразличными людьми. Так проходят минуты, Марина немного успокаивается в моих руках.

— Леша, давай договоримся, что хотя бы на этой неделе мы не скажем Антону, что мы теперь не вместе. И я очень прошу тебя, после, поговорить с ним и как-то объяснить, что ты теперь не с нами, - настойчиво произносит она, уже уверенным и холодным голосом. Слегка отталкивает меня, ровно садясь на кресле. Целый день ей было не до наших отношений, мы не вспоминали о нашем разрыве. Это не имело никакого  значения. А сейчас она вновь перешла в режим «мы теперь друг другу никто ».

— Естественно я с ним поговорю, как только его выпишут из больницы.  Это даже не обсуждается, - тру лицо руками, понимая, что разговор с Мариной, который дался нам не легко, всего лишь мелочи по сравнению с тем, что мне предстоит донести до Антона, не нанеся ему при этом психологической травмы. Черт, за все время, проведенное  с ними, я так к нему привык, привязался, он стал мне, словно сын о котором я мечтаю уже давно. Как я могу теперь сказать ему, что я  ни хрена не пример для него?  И только от одной мысли, что я могу причинить боль ни в чем не повинному ребенку, меня скручивало где-то изнутри, вызывая чувство собственной ничтожности. Марина отворачивается от меня, кладет голову на спинку кресла.

— Марин, пожалуйста, поезжай домой и отдохни. Утром Антон должен увидеть тебя бодрой и полной сил. Он расстроится, если увидит тебя в таком состоянии. Не хочешь ехать в пустую квартиру, поезжай к матери, поддержи ее. Отдохни там, - я просто умоляю ее, видя насколько она разбита. - Я останусь здесь до утра.

— Ты прав, мне действительно нужно съездить к маме. Даже если я ей позвоню, она не скажет мне о своем реальном состоянии. Она до последнего будет утверждать, что с ней все хорошо, чтобы не расстраивать меня, - вздыхает она. - Только обещай мне, если Антон проснется ночью,  ты сразу же мне позвонишь!

Марина уезжает, оставляя меня наедине со своими мыслями. Сижу в полном ступоре. Слишком много эмоций за последние сутки. Как хороших, так и плохих. Это словно расплата для меня. Расплата за предательство, ни в чем не повинных людей. Достаю из кармана телефон, не понимая, почему за прошедшие полдня, мне  не поступило ни одного звонка. Словно весь мир знает, что сейчас меня не нужно беспокоить. Смотрю на дисплей и не понимаю, что происходит. На моем телефоне восемь пропущенных звонков. Пять по работе, три от моего Ангела. Последний раз она звонила час назад. И только сейчас мой затуманенный от неприятностей мозг, вспоминает, что во время разговора с врачом, я отключил звук, и во всей этой суматохе вообще забыл о его существовании. Набираю Ангелину, один раз,  второй, мне отвечает лишь монотонный голос автоответчика. Жду какое-то время, может час, возможно меньше, в минуты ожидания время всегда тянется вечно. Набираю мою девочку еще раз, и все тот же голос рассказывает мне, что я должен оставить сообщение после гудка. И я оставляю это гребаное сообщение, прося ее срочно мне перезвонить. Говорю ей, что мне не нравится, что она не отвечает на мои звонки.