Книга Бездна в твоих глазах, страница 61 – Наталья Шагаева

ГЛАВА 20

Дарья

Оказалось, говорить себе «я сильная, независимая, и никто мне не нужен» — просто только в кино, а на деле все не так. Сколько ни давай себе установку, ни убеждай, в голове ничего не меняется, становится только хуже. Но главное — не разум, а душа, в которой буря эмоций. Но я же сильная, уверенная в себе, самодостаточная дура! Вою каждый вечер в подушку, а утром встаю с кровати, рисую на лице улыбку и иду на работу.

Не знаю, как так выходит. Убеждаю себя, что все это несерьёзно, так, мимолётная слабость, тоска по мужскому теплу, вниманию, нехватка защищенности. Дело во мне, а не в Тимуре. Целый день проживаю, совершенно не вспоминая хищника. Но почти каждую ночь, как только закрываю глаза, хищник навещает меня. Он не даёт мне покоя! Заполняет собой все мои ночи! Иногда мне дико хочется увидеть его, вдохнуть запах и почувствовать рядом с собой хищную силу. Кажется, он во мне, где-то очень глубоко, так глубоко, что не достать. Порой я ненавижу себя за то, что тогда не устояла и впустила этого мужчину в себя.

Спустя какое-то время мне стало казаться, что моя тоска обусловлена отсутствием личной жизни, а потому я решила присмотреться к Анатолию. Он добрый, с хорошим чувством юмора и твердой позицией в жизни. И если попытаться лучше его узнать, то можно перекрыть эмоции к Тимуру. Мне так казалось…

Я позволила Анатолию за собой ухаживать. Мы много общались, ходили в кино, рестораны или просто гуляли. Но с каждым новым свиданием, понимала, что все тщетно. Не могла я пустить этого мужчину дальше дружбы. Не было в моей душе больше места, все занял хищник, и он ревниво охранял свою территорию, никого в меня не впуская. Но, несмотря ни на что, я продолжала лелеять надежду вытравить его из себя. Наивная…

Это случилось как раз на одном из наших свиданий. Точнее, я устала и пригласила Толю к себе просто посидеть за бокалом вина, обсуждая всякую ерунду. Толик довольно разносторонний и мог поддержать любую тему, с ним не скучно. И тут мне как-то резко стало нехорошо. Нет, я и раньше замечала, изменения: лёгкое недомогание, тошнота по утрам от кофе. Но кто в наше время обращает на это внимание?

Живот потянуло болью, но я старалась не обращать на нее внимания — у меня так бывает перед месячными. Шутила с Толиком, что-то рассказывая и стараясь расслабиться, но боль усиливалась. То отпускало и становилось немного легче, то через минуту боль возвращалась с новой силой.

Извиняюсь перед Анатолием и убегаю в туалет, чтобы выпить обезболивающие. Лезу в шкафчик, нахожу нужные таблетки, открываю пузырёк… Острая боль пронзает живот и выстреливает в позвоночник с такой силой, что я сгибаюсь пополам, роняя таблетки.

Хватаюсь за края раковины, пытаясь глубоко дышать и перетерпеть. Стискиваю зубы, чувствуя, как меня кидает в холодный пот. Боже! Что это? Немного отпускает, но очень хочется в туалет. Сажусь на унитаз и замечаю кровь на белье. Становится страшно — таких болезненных месячных у меня ещё не было. Поднимаюсь, начиная искать прокладки, но меня опять скручивает приступом, не выдерживаю и вскрикиваю от боли.

— Даша! У тебя все хорошо? — кричит по ту сторону двери Толик, а я не могу ответить, из глаз брызжут слезы. Дотягиваюсь до двери и открываю.