Книга Бездна в твоих глазах, страница 31 – Наталья Шагаева

«Мне пора работать, Тимур Эдуардович».

«Ты даже по телефону умудряешься меня продинамить. Я отхлещу тебя по заднице!» — читаю его ответ и довольно улыбаюсь, но не отвечаю. Настроение поднимается, и я как школьница продолжаю улыбаться целый день. Может, хищник не такой уж страшный, и его можно приручить?

* * *

Он писал мне в течение месяца. Мы общались ни о чем. Тимур будто лил сироп, завуалировано намекая, как меня хочет. Мы больше флиртовали и шутили, не вдаваясь в ход жизни друг друга. Только однажды он намекнул, что скоро прилетит и все равно меня отшлепает, но я даже не подозревала, насколько быстро это случится…

У моей любимой крестницы Даночки сегодня день рождения. Первый настоящий праздник. Я, конечно, не могу одарить ее шикарными подарками, но на это у нее есть состоятельный отец, который ужасно ее балует. Я покупаю забавного зайца, зная, что Даночка любит мягкие игрушки.

К усадьбе Артура я приезжаю на такси. На улице сегодня морозно и ветрено, поэтому я быстро бегу к огромному дому, закрываясь от метели. Слышу в гостиной музыку и звонкий голос Лерки, быстро раздеваюсь, возле большого зеркала поправляю платье, переобуваюсь в туфли и бегу поздравлять племянницу.

— А где моя буся? — улыбаюсь, видя Дану на руках Артура. Наша девочка папина доча, и мне очень импонирует, что Артур просто обожает дочь.

— Явилась, хабалка! — цокает свекровь Лерки, пренебрежительно меня осматривает. С этой женщиной у меня особые отношения. Это Лерка терпит ее закидоны и отвратительный характер, а я не собираюсь и периодически вступаю с ней в перепалки, ставя эту женщину на место. Регина Альбертовна считает себя выше нас, и мне иногда приходится спускать ее с небес на землю, за что она меня и ненавидит.

— И вам здравствуйте, Регина Альбертовна, — растягиваю губы в наигранной улыбке. Вынимаю из пакета мягкую игрушку и протягиваю Дане. — Иди ко мне, моя бусечка, — тяну руки к племяннице, но та не хочет, ложась щекой на плечо отца. Когда я вижу эту крошку, в груди всегда что-то щемит и сжимается. Я не хочу об этом думать, но в голове часто вспыхивает мысль, что у меня тоже могла быть дочь, такая же маленькая и трогательная.

— Не пойдет, — говорит мне довольная Лерка. — Это папина доча.

Артур триумфально ведет бровью, гордясь этим фактом. И я искренне рада. Сестра счастлива, и это хорошо. Она нежная, ранимая и не вынесла бы жестокой реальности, а Артур все же создает для нее видимость сказки.

— Кто еще будет? — спрашиваю Лерку, подходя к столу и воруя тарталетку. С утра выпила только кофе, и желудок урчит, требуя еды.

— Да никого: мы все и Тимур должен подъехать.

— Тимур? Он же в Канаде! — сглатываю от неожиданности. Мы только вчера переписывались, он мог бы и сообщить, что прилетает. Внутри зарождается легкая паника. Мне вдруг хочется сбежать и не встречаться с этим мужчиной. Необъяснимое чувство, мне страшно и одновременно хочется его увидеть. Какое-то нехорошее, тревожное предчувствие.

— Вернулся недавно.

— Надолго? — опускаю глаза, рассматривая скатерть, чувствую, что сердце начинает колотиться как ненормальное. Мое тело остро реагирует только на близость Тимура. Словно этот мужчина уже что-то значит для меня.

— Не знаю. А что такое?

— Ты извини, я, наверное, пойду, — оглядываюсь в поисках сумки. То ощущение, когда эмоции льются через край, и хочется от них сбежать, потому что это губительные чувства.