Книга Роден, страница 6 – Наталья Шагаева

— Сколько вам лет? – спрашиваю, и гламурная девица надувает губы, осматривая мои забитые руки.

— С какой целью интересуешься? - кажется, на «ты» мы не переходили, но, видимо, она воспринимает мой вопрос как подкат.

— Переспим? - выгибаю бровь, смотря, как она округляет глаза, не ожидая вопроса в лоб, но это своего рода тест на совместимость с тату, которую она просит. Мне хочется понять - это осознанный выбор или она, тупая oвца, не удосужилась узнать значение своей татуировки.

— Что?! – делает вид, что не понимает и даже возмущена.

— Ничего, мотылек на груди означает, что девушка шлюха!

— Да?! – хлопая ресницами, спрашивает блондинка, начиная ерзать в кресле. Киваю ей в ответ, понимая, что это надолго, поднимаюсь с места и иду к окну, сажусь на подоконник, прикуривая сигарету.

— Тогда я хотела бы лилию или сакуру на плече! – заявляет она, и я давлюсь дымом, пытаясь сдержать истерический хохот. Мда, шлюха - явно ее призвание.

— Что опять не так?! - возмущаетcя девица.

— В семнадцатом веке во Франции всех проституток клеймили лилиями на плече, - пoясняю я, выпуская дым в потолок. Выпрямляю спину, поскoльку до сих пор чувствую боль в поломанном ребре.

— А сакурой, видимо, японских гейш?! – пытается язвить девушка.

— Нет, в Японии татуировки носили только якудза. То есть только преступники, там до сих пор относятся негативно к рисункам на теле.

— Очень интересно, но я сюда пришла не лекции слушать. Мне посоветовали тебя как хорошего мастера. Так что там не так с сакурой?

— Сакура обозначает, что девушка раскрепощена в сексе и готова на любые эксперименты.

— Ну, мне подходит! Хочу сакуру на плече! – докуриваю сигарету, туша окурок в пепельнице. Ну, сакура, так сакура. И сейчас я раскручу блондинку на крупную сумму.

— Сакура на плече не смотрится, - беру каталог, нахожу несколько фото моих работ и показываю девушке. Ее глаза загораются. Сакура с розовыми лепестками на спине или от бедра до груди, oплетающая талию, выглядит эротично.

— Но это большая татуировка, как ты понимаешь, работы много, - девушка медлит, но не может оторвать глаз от сексуально выгибающейся девушки с сакурой на боку. Ее ветки прячутся в трусиках, а вершины уходят на грудь.

— Я хочу такую, это больно? - все-таки решается она. Да, это больно - талия, грудь, бока и низ живота – это чувствительные места.

— Обезболим, можно специальным спреем, можешь бухать в процессе. Красота требует жертв, – смеюсь я.

— Тебе кто-нибудь говорил, что у тебя страшный взгляд?

— Говорили, – подмигиваю ей я. Дальше мы обговариваем сумму, и я назначаю ей время на хххзавтра.

— Ты серьезно хочешь наколоть этой… сакуру на все тело? – Лиля указывает взглядом на выход.

— Да. Почему нет? Любой каприз за ее деньги.

— Так она хотела бабочку на сиськи.

— А я ее развел на крупную сумму. Учись работать, детка, - шлепаю Ли по заднице, когда она наклоняется передо мной, поднимая упавший карандаш.

— Да пипец, беруши надо купить, она же завтра будет визжать на весь салон.

— Потерпим, - отмахиваюсь я. Накидываю толстовку, ищу взглядом телефон и ключи от тачки.

— Ты домой? – Ли суетится, собирает чашки из-под кофе, пытаясь быстро прибираться.

— Да, я обещал Светику помочь с проектом, - Ли цокает, надувает губы.

— А потом?