Книга Слепая ревность, страница 41 – Наталья Шагаева

— Да, Сергей Михайлович, вы правильно понимаете, – продолжает говорить, смотря мне в глаза, обхватывает пятерней мое лицо, поглаживает большими пальцами губы. – Обсудим это во вторник, сообщите моему секретарю время вашего визита, – усмехается и сбрасывает звонок, откидывая телефон на диван.

— Герман я бы хотела объяснить… – начинаю, но не успеваю договорить, потому что Герман хватает меня за талию, разворачивает и сажает на подоконник.

— Тихо! – собирает мое платье, раздвигает ноги, помещаясь между ними, сжимает бедра. Облизываю губы, теряя все мысли и объяснения. – Я задаю вопросы – ты отвечаешь.

— Хорошо, – киваю. Хотя ничего не хорошо, я не знаю, какие вопросы последуют и не готова к ним. Герман не торопится, поглаживает мои бедра, ноги, так аккуратно, приятно, вызывая мурашки по коже. Прикрываю глаза, пытаясь не уплыть от этих ласк. Чувствую, как он прикасается к моим губам. Не целует, просто водит по ним языком.

— Ах, – выдыхаю ему в губы. Так нечестно! Как сосредоточиться, когда мурашки по коже, внутри все переворачивается и сжимается от сладкой истомы?

— Кто этот мужчина? – задает вопрос и слегка прикусывает мою губу.

— Просто мужчина… – уплываю от его поцелуя. Разве это важно сейчас?

— Варвара! – голос уже строгий. Отстраняется от меня, сжимая сильнее бедра, возвращая в реальность. – Открой глаза и отвечай! – требует он.

— Это знакомый моего отца. Работали вместе.

— То есть вы с одного города?

— Да, – киваю. Хочется сказать правду, но тогда… не будет больше ничего между нами… Но ведь я и не лгу. Может быть, потом, когда мы станем ближе и я решусь… Порой ненавижу должности и звания моего отца.

— И? Он помог тебе освоиться в городе и начал подкатывать? – Вновь закрываю глаза, кивая. Идеальный мужчина, все придумал сам.

— Он присматривает за мной, опекает… Я, честно, пыталась что-то к нему почувствовать. Родион, в принципе, неплохой человек, надежный…

— Так! – рычит мне в губы Герман. – Ты сейчас мне объясняешь, почему этот мужик решил, что ты принадлежишь ему, а не расхваливаешь его!

— Герман, – выдыхаю ему в губы, сама обнимаю за шею, перебирая его волосы на затылке. – Я, правда, ничего к нему не чувствую, а к тебе…

— А ко мне? – смягчается, всасывает мою нижнюю губу.

— А к тебе… – смеюсь, не договаривая. – Ай, – пищу, когда он снова меня кусает.

— Запомни, маленькая. Нельзя давать взрослым мужчинам надежду, если ничего не чувствуешь.

— Запомнила, – прячу лицо у него на шее, глубоко вдыхаю запах.

— Давай определимся раз и навсегда. Я, как мужчина, имею право вмешиваться и решать вопросы. Ты даешь мне это право? – Глубоко вздыхаю. – Не хочется чувствовать себя лохом и обтекать, когда мне указывают место, – голос холодный. – И я дико ревную.

— Даю. Не ревнуй, поводов нет, – усмехаюсь ему в шею. Голова кружится. Все так стремительно. Хотя зачем жать на тормоза и останавливать жизнь, когда мне так хорошо?

— Вот и договорились, – оттягивает мою голову за косу, заглядывает в глаза. Мне кажется, я пьяна от его взгляда, от пронзительных карих глаз и огня в них. Никто и никогда на меня так не смотрел. – Такая красивая девочка, хочу тебя дико… Понимаю, что нужно тормозить, но никак не могу уговорить себя нажать на тормоз, – его голос становится тихим и очень хриплым. Впивается губами в шею, целует, жадно всасывая кожу, рукой забирается под платье, сжимает бедра. Ощущения, как перед прыжком с тарзанки. Дико страшно, все внутри сжимается, адреналин выбрасывается в кровь, дрожь по телу, и сладко, так сладко…