Книга Твое наказание, страница 25 – Наталья Шагаева

Проходим в дом. Ника вынимает из рюкзака кость из зоомагазина. Снимает упаковку, угощая Зефира. Дурень радостно виляет хвостом и несет добычу в свое логово, начиная ее ошалело грызть.

— Ему же можно? — оборачивается ко мне.

Киваю.

— Я так понимаю, ужинать ты не хочешь. Тебя уже накормили?

— Ага. Но за завтрак спасибо вам. Было очень вкусно и очень приятно, — благодарит.

— Не за что. Выучила меню? — интересуюсь, замечая листки со списком блюд на журнальном столике.

— Я стараюсь. Поучу еще перед сном.

— Хорошо, — киваю и теряюсь, как пацан. Не знаю, о чем с ней говорить, что делать. Точнее, знаю, но это все не про нас. — Тогда дом в твоем распоряжении, отдыхай, завтра у тебя рабочий день, — развожу руками. Девочка кивает и уходит в комнату.

Тоже поднимаюсь наверх. Принимаю душ, вытираюсь, натягиваю домашние штаны. Неожиданно гаснет свет. Вырубает электричество во всем доме. Выглядываю в окно, наш коттеджный комплекс погрузился в полную темноту. Нащупываю свой телефон, подсвечивая фонариком, натягиваю на себя футболку. Давно хотел установить автономное освещение, все руки не доходили. Спускаюсь вниз, чтобы найти фонари и свечи.

— Почему нет света? — откуда-то из темноты спрашивает девочка.

— Не знаю. Что-то на линии.

— Вы куда? — испуганно интересуется она, когда я направляюсь в кладовку. Бежит за мной по пятам. — У меня телефон сел, фонарика нет.

Резко оборачиваюсь. Ника неожиданно близко. Слишком близко, недопустимо, ее запах бьет в нос, проникая в лёгкие. Между нами трется Зефир, задевая ноги.

— Ай! Что это?! — вскрикивает, сама кидается мне в объятья, цепляясь за плечи.

— Тихо, это собака. Ты что, темноты боишься? — зачем-то шепотом спрашиваю я. Голос пропадает, утыкаюсь в ее мягкие волосы, чувствуя, как тело напрягается, а внутренности начинает сводить от ненормального возбуждения. И это не только физика. Во мне возникает столько эмоций. Сглатываю. Я плохо вижу, но ощущаю ее голые плечи и ноги.

— Да, — также шёпотом признается она, не отпуская меня. Приятно, что я вызываю доверие, и девочка ищет защиту за моей спиной. Чертовски приятно. — Это надолго?

— Не знаю.

Девочка приходит в себя, отпускает меня, но не отходит.

— Пойдем, — беру Нику за руку, тяну к кладовке. — Посвети, — вручаю ей свой телефон. Нахожу фонарик, батарейки и несколько толстых свечей. Включаю фонарик, вручаю ей. Освещение яркое.

— Бери Зефира, идите в гостиную.

Ника послушно кивает.

— Зеф, охранять! — командую псу, и тот послушно идет за девочкой, водя носом по воздуху. Молодец, хороший охранник, начеку.

Иду на кухню. Зажигаю свечи, составляя их на тарелку. Ставлю чайник, завариваю чай в прессе, добавляю в него немного апельсиновой цедры и ложечку меда. Беру свечи, чай, пару чашек, приношу в гостиную.

Ника сидит на диване в обнимку с Зефиром, поджав под себя ноги. Обычно я не разрешаю псу залезать на кровати и диваны. Он хорошо выдрессирован. Не знаю, как она его затащила. Не ругаю пса. Хороший охранник. Составляю свечи, чай, чашки на стол, краем глаза посматривая на девочку. Снова в короткой спортивной белой маячке и коротких шортиках в обтяжку. Сейчас такая трогательная, нежная, уязвимая. Ребёнок же еще. Темноты боится. Реально боится, не сдвигаясь с места. А я со своим извращённым нутром смотрю на нее, как на женщину. Не просто смотрю. В голове несутся очень нескромные фантазии. Темнота, свечи, ее запах... Давно меня так не перекрывало в эмоциональном плане. Очень давно. В прошлой жизни.