Книга (Не) твоя жена, страница 38 – Наталья Шагаева

— Пожалуйста… — сжимается, всхлипывая от каждого моего касания губ.

— Тихо, — дергаю ее платье вниз. Девочка пытается его поймать, но я со всей силы вырываю чертову тряпку из ее рук и спускаю лиф платья на талию. А под платьем нет белья. Руки Алины снова взлетаю вверх, прикрывая небольшую обнаженную грудь. — Поверь, малыш, — ловлю ее взгляд в зеркале, — я очень стараюсь держать себя в руках. Ты даже не представляешь, как мне хочется… — обхватываю ее шею, немного сжимая. — Но я не буду, — ослабляю хватку, поглаживая шею пальцами. — Это все равно случится. Ты моя жена. Будешь покорная и смирная – я постараюсь. Нет… — хватаю ее руки и силой отрываю от груди. — Нет, это все равно случится, но уже без твоего удовольствия. А я бы хотел посмотреть, как ты кончаешь…

Ее глаза захлопываются, а щеки краснеют еще больше, словно не слышала никогда таких слов, и это заводит еще больше. Сам от себя не ожидал такой реакции на девочку. Нужно было попробовать ее раньше, кажется, я много потерял.

Алина

Я не хочу, чтобы он меня трогал. Мне дико страшно и стыдно. Очень стыдно стоять перед ним с голой грудью. Мне настолько страшно, что я боюсь даже пошевелиться. Глаза Эмина горят черным огнем, любое мое сопротивление вызывает агрессию. Когда сжимает мою шею, мне кажется, что он свернет ее в одно движение. Я мечтаю снова потерять сознание, но, к сожалению, сегодня тело меня подводит.

Кажется, что Эмин в ярости. Только не кричит, не бьет, как мой отец, а давит на меня глубоким голосом и черным взглядом. Срабатывает инстинкт самосохранения, и я покорно позволяю вертеть собой, как куклой.

Его губы на моих плечах оставляют ожоги. Хочется быть бесчувственной, но вопреки всему от страха мои чувства обостряются и сосредоточены на каждом его касании.

Покрываюсь мурашками, словно в комнате резко похолодало, а он смотрит на меня в зеркало, пожирая глазами. Снова пытаюсь прикрыть грудь, но мои руки резко одергивают, пытаюсь закрыть глаза и спрятаться в темноте. Хуже того что он касается – видеть, как Эмин плотоядно, по-животному сморит, будто вот-вот растерзает.

— Глаза! Смотри! — рычит мне на ухо. И я смотрю, боясь ослушаться. Эмин ведет ладонями по моему телу вниз и дергает юбку платья. Вздрагиваю от резкого рывка, платье падает к моим ногам. И вот я уже только в трусиках. Еще ни один мужчина не видел меня обнаженной. — Красивая девочка, чистая. Ведь чистая? Никто не трогал? — задает вопрос, а у меня ком в горле. — Отвечай! — требует, поддевая резинку моих трусиков.

— Нет! — всхлипываю, хватаясь за его руки, не позволяя меня раздеть окончательно.

— Что «нет»? Тебя уже кто-то запачкал?! — снова в ярости, сбрасывает мои руки.

— Нет, — отчаянно произношу я, и он стягивает с меня трусики, оставляя их болтаться на коленках. Мои глаза наполняются слезами, потому что это унизительно.

— Ну что ты, малыш, — уже мягче произносит он, прижимаясь к моей обнаженной спине. — Посмотри, какая ты красивая. Кожа нежная, — ведет кончиками пальцев по моему животу. — Грудь идеально ложится в мою руку, — накрывает ладонями грудь и слегка сжимает. Кусаю губы, потому что места его прикосновений горят. — Даже вот это родимое пятно, — проводит пальцами по соскам, ниже по груди, животу, останавливаясь на лобке, поглаживая маленькое пятнышко, — тоже прекрасно. Невозможно не попробовать это все.