Книга Горничная для тирана, страница 40 – Наталья Шагаева

— А что ты тут скрываешь? Ммм? – усмехается. Останавливается и отдает мне телефон.

— Что ты сделал? – смотрю в экран.

— Ничего, записал свой номер и взял твой, – вынимает из кармана свой телефон, смотря в экран.

— Зачем?

— Ну, у меня тоже бывают выходные, пообщаемся в неформальной обстановке, – подмигивает мне парень и открывает дверь машины, когда в нее садится водитель.

Качаю головой, усмехаясь и скрываясь за дверцей машины.

Вот с Савелием мне просто, легко и все понятно. А с хозяином этого дома нет. Но и такую бурю эмоций Савелий тоже не вызывает. Все ровно. Сердце стучит размеренно, и нет волнения.

Вздыхаю, пытаясь прогнать эти нездоровые мысли. Оглядываюсь, осматривая огромный особняк, двор, полагая, что вижу все это великолепие последний раз.

Машина выезжает за пределы двора, ворота закрываются, скрывая от меня мир, к которому я не принадлежу.

Нехорошо вот так подводить Василису, мне правда стыдно. Но по-другому никак не уйти из этого дома. Не отпускают. Или я безвольная дура и не могу добиться своего. Уже неважно, решение принято. Внутренний голос подсказывает, что нужно бежать из этого дома подальше от его хозяина.

***

Я уже четвертый день дома, через час за мной должен приехать водитель Демьяна Ростиславовича, но я его опережаю, убегая.

Надеваю наушники, поправляю волосы и спускаюсь в метро. Еду увольняться в агентство. Я уже и работу себе нашла. Баристой в кафе в вечернее время и продавцом в бутик торгового центра в дневное время. Да, заработная плата гораздо меньше, но зато без демона, который решил со мной поиграть.

Прохожу в офис агентства, здороваюсь с девочками из кейтеринга, стучусь к директору, приоткрывая дверь.

— Входи, – разрешает Татьяна Владимировна.

— Доброе утро, – здороваюсь, натягивая улыбку.

— Доброе, доброе. Ты у нас кто? – снимает очки, рассматривая меня.

— Я Дарина Рябина.

— А, что-то припоминаю, это тебя мы пару недель назад устроили в дом в Малаховке?

— Меня. Я хочу уволиться.

— Причина? – выгибает брови.

— Слишком тяжёлая работа, – выдумываю на ходу.

— Что это за причина такая? – недовольно бурчит женщина. – Ты договор подписывала, все условия были оговорены.

— У меня еще появились неотложные дела дома. В общем, по семейным обстоятельствам.

— Ну как хочешь. Место там хорошее, желающих много, – что-то просматривает в своём компьютере. – Отрабатываешь, пока не найдем замену.

— А можно без отработки? – закусываю губы. – Вы же сами говорите: желающих много?

— Нельзя. Абы кого больше не возьмут. Как знала, что молодую нельзя брать, тетку твою послушала, – отмахивается женщина. – Все, иди. Тебе сообщат, когда освободят от обязанностей.

Разворачиваюсь и ухожу. Не пойду я никуда. Никакой отработки. Значит, я заболела. Больничный по договору мне положен.

***

По факту это мой последний выходной, завтра я уже буду работать на двух работах. Покупаю себе мороженое и сажусь на лавочку на детской площадке, посматривая на играющую детвору. Лицо ни с того ни с сего начинает гореть. Это, наверное, Василиса меня ругает за то, что снова бросила ее одну. Я оставила в нашем домике некоторые вещи, и, думаю, их будет уже нереально забрать. Возвращаться в этот дом я не намерена. Ну страшно мне и все тут. Мама не поймет. Я сама себя не пойму. Мне, может, и хочется узнать, какова на вкус любовь взрослого мужчины, но, чувствую, что она оставит горькое послевкусие.