Книга Клетка, страница 47 – Наталья Шагаева

— Тебе повезло с моим отцом, — цокаю я.

Пытаюсь застегнуть цепочку, но застёжка не поддаётся. Литвин поднимается с кресла и идет ко мне. Встречаемся взглядами в зеркале. Он помогает застегнуть цепочку, при этом цепляя мой взгляд. Не отпуская. Не отвожу глаз. Пытаюсь посмотреть глубже. Залезть в его нутро и понять, а было ли там хоть что-то искреннее ко мне. Но в его серых холодных глазах сплошной цинизм, расчёт и алчность. Отличные качества для бизнесмена и отвратительные для отношений. Мне кажется, дело даже не во мне. Литвин вообще не способен полюбить и бросить на алтарь свою душу. Он не умеет ни любить, ни сострадать, ни сопереживать. У этой машины для производства денег есть только одна функция – жажда.

Жажда денег, власти и удовлетворения животных потребностей.

Мне кажется, он способен продать родную дочь, если ему станет это выгодно. Что неудивительно. Меня, по факту, тоже дорого продали. Только тогда я об этом еще не подозревала.

— Мне определенно повезло с твоим отцом, — усмехается Олег.

Он даже улыбается и смеётся только губами, глаза всегда холодные и расчётливые.

— Как и ему со мной. Всё взаимовыгодно, Нелли, — застегивает цепочку, но не отходит, продолжая осматривать меня в зеркало.

— Жаль, что меня в вашей схеме нет, — не спрашиваю. Это давно вскрытый факт.

— Ну что ты, родная. Ты важная фигура. Ты мой статус и гарантии. Очень дорога. Особенно сейчас. Так что, будь добра, веди себя на этом приеме соответственно, — хмыкает он.

Глубоко втягиваю воздух, чтобы собраться с силами, вдыхаю его холодный ментоловый парфюм. Мне никогда не нравился этот запах. Но я никогда не просила его сменить парфюм, потому что Литвину очень подходит этот запах.

— Ты знаешь, я не выношу такие сборища. Скопище тупых, высокомерных, зажравшихся сук. Хочется каждую поставить на место или высмеять, — закатываю я глаза.

Отхожу от Литвина. Меня начинает утомлять его присутствие. После близости с другим мужчиной мне вообще противно каждое касание Олега. Потому что оно фальшивое, в отличие от Дениса. Я словно принадлежу теперь только этому парню, и каждый, кто касается меня, пачкает.

Такая вот деформация. Знала бы, что так будет, не допустила бы нашей близости. Хотя... Ничего бы я не остановила. Тогда я сошла с ума и стёрла для себя все пределы и границы.

Нет, это Денис всё снёс своей одержимостью, страстью и искренностью. Невозможно устоять перед настоящими эмоциями.

Надеваю туфли на шпильках, ухожу в гардероб на поиски подходящего клатча. Литвин идёт за мной, останавливаясь в дверях. Он скоро дыру во мне прожжёт. Закрадывается мысль: а вдруг он что-то знает о моём маленьком падении в бездну? Если так... То даже не хочу думать, чем это всё грозит Денису. Сердце на секунду пропускает удар. Нет, не может быть... Он не знает. И не узнает.

За себя мне не страшно. Ценные вещи не ломают до конца, а если и ломают на эмоциях, потом чинят и приводят в надлежащий вид.

— Ну ты уж потерпи ради семейного дела. Я иду тебе на уступки и терплю все твои закидоны и неадекваты.

— Это твой выбор, Олег. Ты мог бы меня отпустить.

— Давай не будем снова возвращаться к этому вопросу. Меня утомили эти бессмысленные беседы, Нелли. Надень, мать твою, костюм примерной жены и отыграй на этом чёртовом сборище, как подобает!