Книга Пошел вон, Чернов!, страница 47 – Наталья Шагаева

— Есть.

Ну ведь он прав. Прав тысячу раз.

Чернов запер меня с ним в одном пространстве без права выбора. И не прошло и пары дней, мы сблизились, даже несмотря на его предательство. А Когана я мариновала.

— Вот. Я покажу тебе себя настоящего, и ты примешь решение через месяц.

— А если оно не будет положительным?

— Ну что же, значит, я не совершенство. Уйду в закат, — смеётся. — Не переживай, ваш бизнес не пострадает. Считай, это сделка, все мои вложения на месяц с тобой.

— Благородно. Мужчина, ты вообще реальный? Так не бывает, где подвох?

— Нет подвоха, Ярослава. Я слов на ветер не бросаю. Я когда-нибудь тебя обманывал?

— Нет.

И надо бы соглашаться. Потому что я выиграю при любых раскладах. Если привяжусь и рассмотрю Когана как мужчину – выйду замуж. Нет – бизнес все равно сохраним.

Правда, есть один маленький, но очень значимый нюанс.

Угадайте с трех раз какой?

Секс.

Коган не пацан с соседней парты, чтобы ему было достаточно держать меня за ручку.

— Если сейчас ты думаешь о сексе, — словно читает мои мысли.

— Я что, сказала это вслух?! — прикрываю рот рукой.

— Нет. Но и так все понятно. Могу обещать, что секс у нас случится по обоюдному согласию.

И мне хочется порыдать!

Слава, ты не просто идиотка, ты конченая дура.

Вот он, мужчина твоей мечты. Бери, не глядя.

В моей руке вибрирует телефон, на котором высвечивается оповещение о входящем сообщении.

А вот и еще один маленький, но значимый нюанс.

Чернов!

Который не успокоится и будет лезть под кожу. Ведь я дала ему зеленый свет, когда легла с ним в постель.

— Так что, Ярослава, заключим сделку?

— Да.

— Тогда едем собирать твои вещи. Наш месяц начинается сейчас, — посматривает на наручные часы.

А меня не покидает ощущение, что я только что опять совершила ошибку.

Руслан

Встреча с сыном должна вызывать у отцов если не восторг, то хотя бы трепет. Со мной всё гораздо хуже. Я испытываю боль. Что-то сосет под ложечкой и болезненно ноет. Накрывает чувством неправильности и ненавистью к себе. Потому что это всё должно быть с другой женщиной.

Звоню в дверь, перекидывая бумажный пакет с вещами в другую руку.

Не открывают. А ведь я согласовал это время с Ларисой.

Звоню еще раз, более настойчиво. Какая, бля, сложная баба. Нет, Ярослава тоже та ещё шарада, но мне в кайф ее разгадывать. С Ларисой всё сложнее. Я, по факту, ее не знаю. И не хотел бы знать. Но теперь, как ни крути, мы связаны на всю жизнь. И надо как-то договариваться.

С третьего настойчивого звонка дверь всё-таки открывается. Мне открывает Тамара… Не помню отчество матери Ларисы. Она живет с дочерью, помогая с ребёнком. Естественно, меня не рады видеть. На лице женщины читается презрение.

Вообще плевать, мне с ней не жить.

— Добрый день, — произношу я.

— Тихо! — шипит на меня женщина. — Лара укладывает ребенка! —пропускает меня внутрь. — Разуйся, — шепчет, выразительно указывая на мои ботинки.

— Спасибо за подсказку. Я же свинья, не собирался снимать обувь, — иронизирую.

— Да откуда я знаю, чего можно ожидать от человека, который бросил бедную девочку с младенцем.

О, началась старая песня.

Даже не хочу комментировать. Ее «бедная девочка» в день зачатия бухала, как не в себя, танцевала стриптиз и откровенно предлагала себя первому встречному. То есть мне. Нет, я с себя ответственность не снимаю. Но я явно не опорочил честь ее дочери.